WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |

«ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЗАЩИТЫ ОТВЕТЧИКА ПРОТИВ ИСКА ...»

-- [ Страница 1 ] --

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Саратовская государственная юридическая академия»

На правах рукописи

Елистратова Антонина Николаевна

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

ЗАЩИТЫ ОТВЕТЧИКА ПРОТИВ ИСКА

12.00.15 – гражданский процесс, арбитражный процесс Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель — кандидат юридических наук, доцент Цепкова Татьяна Митрофановна Саратов – 20

ОГЛАВЛЕНИЕ

Стр.

ВВЕДЕНИЕ ………………………………………………………………….

ГЛАВА I. ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ОТВЕТЧИКА

С ПОЗИЦИЙ ПРИНЦИПОВ РАВЕНСТВА ВСЕХ

ПЕРЕД ЗАКОНОМ И СУДОМ И ПРОЦЕССУАЛЬНОГО

РАВНОПРАВИЯ СТОРОН ………………………………… ГЛАВА II. ОСНОВНЫЕ СРЕДСТВА ЗАЩИТЫ ОТВЕТЧИКА ……... §1. Отрицание как средство защиты ответчика против иска… §2. Процессуальные и материально-правовые возражения ответчика …………………………………………………… §3. Встречный иск ……………………………………………...

ГЛАВА III. ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ СРЕДСТВА ЗАЩИТЫ ОТВЕТЧИКА

§1. Привлечение третьего лица как способ защиты ответчика против иска …………………………………………………. §2. Мировое соглашение как средство защиты ответчика….. ЗАКЛЮЧЕНИЕ ……………………………………………………………. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ……………………..

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы диссертационного исследования. Вершиной системы ценностей в правовом пространстве являются человек, его права и свободы. Обязанность признания, соблюдения и защиты прав и свобод гражданина возложена на государство (ст. 2 Конституции РФ). Надлежащее исполнение государством этой обязанности обусловлено, в числе прочего, эффективной деятельностью правоохранительных органов. Особая роль в обеспечении прав и свобод человека и гражданина отведена правосудию (ст. Конституции РФ).

Число гражданских дел в судах общей юрисдикции и арбитражных судах велико. Немалую долю их составляют дела искового производства. Так, по данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ, в 2012 г. в систему судов общей юрисдикции поступило на рассмотрение 9 649 610 дел искового и приказного производств. Всего завершено производство по 9 603 542 делам. Разрешены по существу 8 550 988 дел (из них судебных приказов – 3 889 556). Требования удовлетворены по 8 145 935 делам, в 405 053 делах в удовлетворении требований отказано1.

Таким образом, огромное число граждан и организаций ежегодно приобретают процессуальный статус не только истца, но и ответчика, без каковых фигур исковое производство немыслимо.

В то же время основное внимание в процессуальной науке традиционно уделяется исследованию права на судебную защиту истца, а не ответчика, защита же ответчика, если и затрагивается, то как бы вскользь, фрагментарно.

Государство должно обеспечивать равное внимание к проблеме защиты всех граждан и юридических лиц, независимо от их процессуального и иного статуса. Ведь количество ответчиков едва ли меньше, а иногда и больше количества истцов как в целом в судебной деятельности, так и в конкретных проСм.: Отчет о работе судов общей юрисдикции по первой инстанции о рассмотрении гражданских дел за 12 месяцев 2012 г. URL: // http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item= (дата обращения: 24.12.2013).

цессах. Однако изучение средств, методов, гарантий защиты огромной массы субъектов права остается как бы «за бортом» процессуальной цивилистической науки. Особую актуальность разработка данной проблематики приобрела в связи с возрождением начал состязательности в гражданском процессе.

Стремительно, а подчас и радикально изменяющееся законодательство, в том числе и процессуальное, разноречия в судебной практике, несогласованность теоретических и практических подходов существенно затрудняют реальную деятельность судов, представителей ответчиков и самих ответчиков по защите прав и интересов последних. В то же время в научной и учебной литературе по гражданскому и арбитражному процессу проблематике защиты ответчика против иска уделено недостаточно внимания.

Обращает на себя внимание тот факт, что в теории российского цивилистического процесса почти не затрагиваются многие важнейшие концептуальные аспекты теории и практики защиты ответчика в историческом и сравнительно-правовом контекстах. Так, фактически не изучен генезис становления статуса и способов защиты ответчика в истории развития гражданского процесса. Недостаточно освещались также особенности процессуального положения ответчика в гражданском процессе различных стран и в различных правовых семьях.

Мало внимания уделяется и специфике реализации ведущих принципов гражданского и арбитражного процесса применительно к защитительной деятельности ответчика (имеются в виду, прежде всего, принципы состязательности, диспозитивности, равенства всех перед законом и судом, законности, процессуального равноправия сторон).

Зачастую в работах процессуалистов, в том числе посвященных защите ответчика, слабо прослеживается связь процесса с материальным правом.

Применительно к исследуемой теме среди важных конкретных проблем взаимодействия в реальных судебных процессах можно назвать вопросы реализации распорядительных полномочий сторон, исковой давности, неправового характера требования и др.

';

Таким образом, нынешнее состояние изученности проблем защиты ответчика против иска настоятельно требует активизации научных исследований в данном направлении. Вышеуказанные факторы, на взгляд диссертанта, обусловливают актуальность научного анализа данной проблематики, чем и объясняется выбор темы настоящей работы.

Степень научной разработанности темы. Проблема защиты ответчика против иска на протяжении многих лет развития науки гражданского процессуального права относится к числу малоизученных. Монографические исследования, посвященные процессуальному положению и защите ответчика в гражданском процессе, немногочисленны. Среди них можно назвать работы Л.И. Анисимовой, Г.Д. Васильевой, Н.М. Васильченко, Н. Дерюжинского, Г.В. Молевой, И.М. Пятилетова.

Имеется ряд трудов, в которых рассматриваются вопросы понятия, положения и защиты прав и интересов сторон гражданского и арбитражного процесса, т.е. истца и ответчика, а также субъектов гражданских процессуальных отношений в целом. Характеристика положения ответчика и его защиты, понятия ненадлежащей стороны, процессуального порядка и последствиях ее замены стали предметом изучения таких ученых, как М.А. Викут, В.Н. Гапеев, Д.Р. Джалилов, Л.М. Орлова, Д.М. Чечот, М.С. Шакарян и др. В указанных исследованиях в той или иной мере затрагивается также проблематика статуса и защиты материальных и процессуальных интересов и прав ответчика.

В.И. Адамович, Н.Т. Арапов, А.П. Еремкина, Н.И. Клейн, В.В. Попов и другие посвятили свои исследования одному из специфических средств защиты ответчика – встречному иску. Важное значение применительно к изучению статуса ответчика и реальных возможностей его защиты имеет также рассмотрение концептуальных основ и практического воплощения принципов процессуального равноправия сторон и равенства всех перед законом и судом. Среди представляющих данное направление работ выделяются труды С.Ф. Афанасьева, А.Ф. Воронова, С.Н. Федуловой Д.А. Фурсова и др.

Отдельные аспекты проблемы защиты ответчика затронуты в исследованиях, посвященных вопросам понятия и механизмов реализации судебной защиты в целом (Л.А. Ванеева, А.Н. Кожухарь, Е.Г. Пушкарь, П.М. Филиппов и др.). Специфика данной темы отражена также в ряде практических пособий и справочников, предназначенных как для специалистов, так и для обычных граждан (Э.Л. Абашин, М.Ю. Радченко, А.Н. Чашин и др.).

Вопросы защитной деятельности ответчика в той или иной мере анализируются также в работах, посвященных доказательствам в цивилистическом процессе, прежде всего, объяснениям сторон, признанию сторон, распределению так называемой обязанности доказывания (С.В. Курылев, И.Р. Медведев, М.К. Треушников и др.).

Целью диссертационного исследования является научная разработка теоретических и практических проблем защиты ответчика против иска с учетом исторического опыта, нахождение способов разрешения поставленных проблем; формулирование научно обоснованных предложений по модернизации гражданского процессуального законодательства и судебной практики; развитие науки гражданского процессуального права в указанной области.

Для достижения обозначенной цели необходимо решить следующие задачи:

выявить сущность принципов процессуального равноправия сторон и принципа равенства всех перед законом и судом и их соотношение;

постулировать основные характеристики процессуального положения ответчика путем освещения его статуса в аспекте принципов равенства всех перед законом и судом, состязательности и равноправия сторон;

проанализировать имеющиеся в науке варианты системы средств защиты ответчика против иска и сформулировать предложения по совершенствованию системы в целом и отдельных средств в частности;

аргументировать необходимость пересмотра некоторых устоявшихся теоретических, практических и законодательных подходов, касающихся средств защиты ответчика, в целях повышения гарантий защиты прав и интересов как ответчика, так и иных участвующих в деле лиц;

разработать систему защитительных средств ответчика на основе новейшего законодательства и достижений процессуальной науки;

мотивировать разграничение средств защиты ответчика для более глубокого постижения закономерностей защитной деятельности в гражданском процессе и оптимизации защиты ответчика;

внести предложения по совершенствованию законодательства и судебной практики в рассматриваемой сфере.

Объектом исследования выступает комплекс гражданских процессуальных правоотношений, возникающих в связи с вступлением в гражданский процесс ответчика и осуществлением им специфической функции защиты против иска.

Предмет исследования составляют: научные работы по теме диссертационного исследования; нормы действующего и утратившего силу гражданского процессуального и арбитражного процессуального законодательства, как отечественного, так и зарубежного; судебная практика российских судов.

Методологической основой исследования послужили общенаучные методы познания: диалектико-материалистический, методы анализа и синтеза; а также частно-научные методы: сравнительного правоведения, историкоправовой, формально-юридический, логико-семантический, метод изучения судебной практики и пр.

Теоретической основой диссертации явились научные труды в области общей теории права, истории права, гражданского процессуального права, арбитражного процессуального права, уголовного процессуального права, исполнительного производства. При проведении настоящего исследования автор опирался на работы дореволюционных, советских и современных ученых: С.Н. Абрамова, В.И. Адамовича, Н.Т. Арапова, С.Ф. Афанасьева, Г.Д. Васильевой, Н.М. Васильченко, Е.В. Васьковского, М.А. Викут, А.Х Гольмстена, Р.Е. Гукасяна, Н. Дерюжинского, А.А. Добровольского, М.А. Гурвича, Г.А. Жилина, И.М. Зайцева, Н.Б. Зейдера, И.М. Ильинской, О.В. Исаенковой, Н.И. Клейн, И.С. Комарова, А.В. Малько, И.М. Пятилетова, Н.М. Трашковой, Д.А. Фурсова, М.С. Шакарян, В.Н. Щеглова, К.С. Юдельсона, В.В. Яркова и др.

Нормативной основой исследования послужили: Конституция РФ, Гражданский процессуальный кодекс РФ, Арбитражный процессуальный кодекс РФ, Гражданский кодекс РФ, федеральные конституционные законы, федеральные законы, иные законодательные акты, в том числе утратившие силу, а также зарубежное законодательство.

Эмпирическую основу диссертационной работы составили практика Европейского Суда по правам человека, постановления и определения Конституционного Суда РФ, постановления Пленума и другие акты Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, практика нижестоящих российских судов, как опубликованная, так и неопубликованная.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем:

впервые в научной литературе подвергается подробному анализу и критике выдвинутая А.Ф. Вороновым концепция о наличии в составе норм гражданского процессуального права существенных элементов неравноправия. Обосновывается авторский подход к этой проблеме. При этом принцип процессуального равенства сторон рассматривается как самостоятельный по отношению к принципу состязательности, не характеризующийся наличием жесткой связи со следственной или состязательной моделью процесса;

на монографическом уровне комплексно разрешается вопрос об отрицании иска. На основе новейшего законодательства отстаивается авторская позиция об отрицании иска как самостоятельном средстве защиты ответчика.

Подчеркивается, что значение в цивилистическом процессе имеет не просто «отрицание» как таковое, а две разнородные категории – отрицание иска и отрицание факта (только первое является специфическим средством защиты ответчика). Отрицание иска подразделяется на простое (немотивированное) и мотивированное, которое представляет собою ссылку на обстоятельства, не подлежащие доказыванию в процессуальном смысле. Указания на такие обстоятельства обычно ошибочно квалифицируются как возражения;

рассматривается вопрос об основаниях разграничения возражений ответчика на материальные и процессуальные. Обосновывается условность такого разграничения. При этом подробно анализируется и поддерживается до сих пор практически не освещавшаяся в современной литературе дореволюционная концепция процессуальных возражений, фактически отвергнутая советским законодательством и процессуальной наукой. Выдвигается и аргументируется авторская концепция материальных возражений;

впервые в современной процессуалистике рассматривается возможность привлечения ответчиком на свою сторону третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, как одно из средств защиты ответчика против иска. Указывается на связь этого средства защиты с проблемой соединения в одном процессе основного и регрессного исков. При этом данное средство будет являться эффективным методом защиты ответчика при допущении одновременного рассмотрения в одном процессе основного и регрессного требований. В такой ситуации ответчик заявляет «возражение о третьем лице», и сумма требования истца может быть взыскана без вынесения решения против ответчика – непосредственно с третьего лица полностью или в части;

аргументируется подход, согласно которому средством защиты ответчика против иска выступает мировое соглашение. Уступка со стороны ответчика состоит в отказе от других средств защиты против иска (кроме возражения о третьем лице), поскольку мировое соглашение как самостоятельное средство защиты не сочетается с ними. Уступка со стороны истца состоит, например, в уменьшении размера, замене предмета или в иной модификации требования, что и обусловливает выполнение ответчиком функции защиты перед первоначальным иском. Особая значимость этого средства защиты обусловлена также вступлением в силу Федерального закона от 27 июля 2010 г. № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)»;

вносятся конкретные предложения по совершенствованию процессуального законодательства.

Новизну диссертационного исследования подтверждают следующие выводы и положения, которые выносятся на защиту:

1. Суть процессуального равенства сторон заключается не в полном тождестве их процессуальных прав и обязанностей. Вовсе не обязательно, что каждое имеющееся у одной из сторон специфическое процессуальное право (обязанность) должно полностью совпадать с таковым же правом (обязанностью) другой стороны. Главное — соответствие друг другу общей совокупности специфических прав и обязанностей сторон, «равновесие» общих процессуальных статусов истца и ответчика.

2. Формулировка принципа «процессуальное равенство сторон» представляется более предпочтительной, чем «процессуальное равноправие сторон». Поэтому речь лучше вести о двух принципах: а) равенство всех перед законом и судом; б) процессуальное равенство сторон.

3. Отрицание иска является самостоятельным и достаточно эффективным средством защиты ответчика против иска. Следует различать отрицание иска как средство защиты, доступное только ответчику, и отрицание факта, которое может быть использовано любым участвующим в деле лицом.

4. Отрицание иска может быть простым, сводящимся к неаргументированному, безмотивному непризнанию иска ответчиком. Однако возможно и мотивированное отрицание, состоящее в указании суду на недоказанность иска; ущербность его основания; неверную правовую квалификацию отношений истцом (судом) и прочие обстоятельства, которые не могут быть доказаны в процессуальном смысле, но подлежат логическому обоснованию.

5. Процессуальным возражением в собственном смысле слова служит только указание ответчика на обстоятельства, не подлежащие учету судом по собственной инициативе. С этой точки зрения, единственным процессуальным возражением в современном гражданском процессе России выступает ссылка ответчика на заключенное третейское соглашение.

6. Разграничение возражений на материальные и процессуальные является не абсолютным, имманентным самим возражениям, а условным. Единственным критерием данного разграничения выступают не основания возражений, а процессуальные последствия, к которым ведет принятие этих возражений судом. Такие последствия устанавливаются законодателем.

7. Материально-правовым возражением является исключительно ссылка ответчика на новый материально-правовой или доказательственный факт, требующий доказывания со стороны ответчика. Именно принципиальная возможность и необходимость доказывания, а не наличие оснований отграничивает материально-правовое возражение от мотивированного отрицания иска.

8. Характеристика встречного иска, направленного к зачету требований как средства защиты ответчика предполагает необходимость учета его «двойного» статуса при распределении судебных расходов, что может привести к невыгодным последствиям для сторон. Поэтому в качестве средства защиты ответчика против иска следует расценивать только встречный иск, исключающий удовлетворение первоначального хотя бы в части.

9. Позиция авторов, расценивающих любой встречный иск как средство защиты ответчика, также не лишена определенных оснований. При наличии у ответчика исковых требований к истцу ответчик приобретает охраняемый законом процессуальный интерес, состоящий в рассмотрении его требований к истцу в уже ведущемся против ответчика процессе. Встречный иск любого вида служит средством защиты этого интереса ответчика.

10. Одним из средств защиты ответчика против иска является привлечение им на свою сторону третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. При этом важное значение для повышения защитных функций ответчика имеет возможность одновременного рассмотрения в едином процессе основного и регрессного исков, остающаяся на протяжении многих лет дискуссионной.

11. Сущность мирового соглашения как средства защиты ответчика против иска состоит в том, что оно всегда само по себе есть в общем плане взаимная уступка сторон; при заключении мирового соглашения требования истца в той или иной мере модифицируются. Таким образом, ответчиком успешно выполняется функция защиты от изначального (до его изменения посредством мирового соглашения) иска.

Теоретическая значимость результатов исследования состоит в том, что сформулированные в диссертационной работе выводы и предложения позволят решить ряд дискуссионных вопросов теории гражданского процессуального права, в частности проблемы, возникающие при анализе системы средств защиты ответчика против иска и их реализации; будут способствовать совершенствованию механизма защиты ответчика против иска. Разработанные вопросы направлены на углубление и расширение научных знаний о процессуальном положении и системе средств защиты ответчика и могут быть использованы в дальнейших научных изысканиях.

Практическая значимость результатов диссертационной работы выражается в возможности использования содержащихся в ней предложений и рекомендаций при совершенствовании гражданского процессуального законодательства и правоприменительной практики по вопросам защиты ответчика против иска. Сформулированные в диссертации положения и выводы могут применяться при чтении лекций, проведении семинарских занятий, дистанционной форме обучения и иной форме учебной деятельности, осуществляемой при изучении учебной дисциплины «Гражданское процессуальное право России», подготовке методических материалов по проблемам защиты ответчика по дисциплинам гражданско-правовой специализации в юридических вузах.

Проведенное исследование позволило диссертанту внести ряд предложений по совершенствованию законодательства:

наименование и ч. 1 ст. 12 ГПК РФ изложить в следующей редакции:

«Статья 12. Осуществление правосудия на основе принципов состязательности и процессуального равенства сторон 1. Правосудие по гражданским делам осуществляется на основе принципов состязательности и процессуального равенства сторон.»;

ч. 1 ст. 39 ГПК РФ изложить в следующей редакции:

«1. Истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска, ответчик вправе признать иск, стороны и третьи лица, как заявляющие, так и не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, могут окончить дело мировым соглашением.»;

в ч. 2 ст. 39 ГПК РФ слово «сторон» исключить;

в последнем предложении абз. 1 ч. 1 ст. 43 ГПК РФ слова «или заключение мирового соглашения» исключить;

ст. 43 ГПК РФ дополнить ч. 3 следующего содержания:

«3. Суд вправе в одном процессе рассмотреть первоначальный иск к ответчику и регрессный иск ответчика к третьему лицу без самостоятельных требований и принять решение по регрессному иску.»;

ч. 2 ст. 101 ГПК РФ изложить в следующей редакции:

«2. При заключении мирового соглашения участвующие в нем лица должны предусмотреть порядок распределения судебных расходов, в том числе расходов на оплату услуг представителей.

В случае, если при заключении мирового соглашения участвующие в нем лица не предусмотрели такой порядок распределения судебных расходов, суд решает этот вопрос применительно к статьям 95, 97, 99 и 100 настоящего Кодекса.»;

п. 5 ч. 1 ст. 150 ГПК РФ после слов «5) принимает меры по заключению сторонами» дополнить словами «, третьими лицами, как заявляющими, так и не заявляющими самостоятельные требования относительно предмета спора,».

Соответствующие изменения внести также во все статьи ГПК РФ, где речь идет о заключении мирового соглашения;

в ч. 1 ст. 391.1 ГПК РФ слова «принципа состязательности и равноправия сторон,» заменить словами «принципов состязательности и процессуального равенства сторон,».

Апробация результатов исследования. Диссертация обсуждена на кафедре гражданского процесса Саратовской государственной юридической академии. По теме диссертационного исследования имеется семь публикаций, три из которых размещены в журналах, включенных в Перечень ВАК Министерства образования и науки и рекомендованных для опубликования результатов докторских и кандидатских диссертаций. Основные положения и теоретические выводы исследования докладывались на конференциях различного уровня: II Международной научно-практической конференции студентов и аспирантов, посвященной 80-летию Саратовской государственной академии права (г. Саратов, 13–14 мая 2011 г.), Международной научнопрактической конференции студентов и аспирантов, посвященной 80-летию Саратовской государственной академии права (г. Саратов, 29–30 сентября 2011 г.), IV Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы юридической науки: теория и право» (г. Махачкала, 24 февраля 2014 г); Всероссийской научно-практической конференции (г. Абакан, 20 февраля 2010 г.).

Структура диссертации обусловлена целью, задачами и логикой исследования.

Работа состоит из введения, трех глав, включающих пять параграфов, заключения и библиографического списка использованной литературы.

ГЛАВА I. ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ОТВЕТЧИКА

С ПОЗИЦИЙ ПРИНЦИПОВ РАВЕНСТВА

ВСЕХ ПЕРЕД ЗАКОНОМ И СУДОМ

И ПРОЦЕССУАЛЬНОГО РАВНОПРАВИЯ СТОРОН

Принципы цивилистического процесса на протяжении многих десятилетий вызывают неизменный интерес ученых-юристов. В то же время теоретические построения и концепции о роли, значении и содержании принципов традиционно находят довольно слабый отклик в практике. Однако и в науке многие вопросы сущности и практического воплощения принципов процесса остаются спорными и недостаточно изученными. В значительной степени это относится и к таким основополагающим принципам гражданского процесса, как равенство всех перед законом и судом, состязательность и равноправие сторон (ч.1 ст.19, ч.3 ст.123 Конституции РФ).

Характеристика этих принципов в их соотношении и взаимодействии крайне необходима, прежде всего, для более глубокого теоретико-практического анализа деятельности сторон цивилистического процесса – истца и ответчика, по реализации их процессуальных функций поддержания иска и защиты против иска. По замечанию М.А. Викут, обе стороны имеют «все предусмотренные законом процессуальные права … и, в первую очередь, право на равенство в процессе»1.

Направленность и объем настоящей работы не позволяют дать развернутый обзор взглядов, концепций относительно сущности, содержания и соотношения данных принципов. По этой же причине не подвергаются подробному анализу достаточно давние, широко известные и ставшие практически хрестоматийными исследования, посвященные принципам процесса, в которых в той или иной мере затронута интересующая нас проблематика. Однако для создания более точных представлений касательно положения ответчика, Викут М.А. Проблема правового регулирования процессуального положения и деятельности сторон в советском гражданском судопроизводстве: автореф. дис. … д-ра юрид.

наук. Свердловск, 1971. С. 24.

с точки зрения основных принципов гражданского процесса, целесообразно более обстоятельно рассмотреть некоторые оригинальные и (или) спорные положения, высказанные в новейшей процессуальной литературе – работы А.Ф. Воронова, Д.А. Фурсова, С.Ф. Афанасьева и др.

На наш взгляд, следует обратить особое внимание на концепцию Д.А. Фурсова, согласно которой «равенство перед законом и судом» относится к «отраслевым псевдопринципам» цивилистического процесса. При этом под «равенством» Д.А. Фурсов подразумевает именно «равноправие сторон», которое «в связи с переходом на европейские стандарты … является обязательной составляющей универсального принципа, именуемого правом на суд»1.

Едва ли можно согласиться с таким выводом. Здесь вполне корректно сослаться на мнение А.Ф. Воронова, который, анализируя практику Европейского суда по правам человека, пишет, что «… понятие "справедливое разбирательство" недостаточно конкретно, оно размыто, позволяет трактовать его по-разному. Например, … содержание принципа состязательности во многом совпадает с содержанием принципа равных возможностей, который является "только одним из признаков" концепции справедливого разбирательства»2.

Тем более это относится к «праву на суд», которое в соответствии с формулировкой не дает ровно никакого представления о его содержании. Отметим, что ранее и сам Д.А. Фурсов придерживался более традиционных, довольно взвешенных и адекватных, по нашему мнению, взглядов на систему принципов цивилистического процесса3.

Спорным в теории является даже вопрос о самих взаимоотношениях, взаимообусловленности принципов равенства всех перед законом и судом, соФурсов Д.А. Современное понимание принципов гражданского и арбитражного процесса. М., 2009. С. 36, 51, 56.

Воронов А.Ф. Принципы гражданского процесса: прошлое, настоящее, будущее.

М., 2009. С. 397.

См., например: Фурсов Д.А. Предмет, система и основные принципы арбитражного процессуального права (современные проблемы теории и практики): дис. … д-ра юрид. наук.

М., 2000. С. 308.

стязательности и равноправия сторон. Некоторые авторы полагают, что существует именно единый принцип состязательности и равноправия сторон и в подтверждение ссылаются на текст Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее — ГПК РФ) от 14 ноября 2002 г.

№ 138-ФЗ2, где тоже говорится об «осуществлении правосудия на основе состязательности и равноправия сторон». В то же время особо выделена ст. ГПК РФ «Равенство всех перед законом и судом». Однако в этом вопросе также проявляется непоследовательность и в практике, и в теории. Так, А.Н. Бондарь сначала указывал, что это два разных принципа3, а впоследствии стал рассматривать их как единый принцип4.

Другие исследователи, признавая наличие тесной связи между данными принципами, утверждают, что существуют все-таки два самостоятельных принципа – принцип состязательности и принцип равноправия сторон5. Иногда этот вопрос специально вообще не освещается, но точка зрения автора прослеживается в самом тексте его работы6.

«Функциональная связь не ведет к соединению этих принципов в единый и необходимо четко понимать, в чем проявляется равноправие сторон, и комплекс каких процессуальных прав дает представление о состязательноСм., например: Бабинков А.М. Конституционный принцип состязательности и равноправия сторон при осуществлении правосудия: дис. … канд. юрид. наук. М., 2004. С. 32–33;

Курохтин Ю.А. Принцип состязательности судопроизводства в Российской Федерации:

конституционно-правовой аспект. М., 2009. С. 41, 44–45; Чашин А.Н. Гражданский и арбитражный процессы: учебник. М:, 2010. С. 59–60.

См.: Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002. № 46, ст. 4532; 2014. № 11, ст. 1094. Введен в действие Федеральным законом от 14 ноября 2002 г. №137-ФЗ «О введении в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» // Собр.

законодательства Рос. Федерации. 2002. № 46, ст. 4531; 2011. № 15, ст. 2029.

См.: Бондарь А. Равноправие сторон – конституционный принцип гражданского и арбитражного процесса // Арбитражный и гражданский процесс. 2005. №11. С. 2.

См.: Бондарь А.Н. Конституционный принцип состязательности и равноправия сторон: особенности его реализации в гражданском судопроизводстве: автореф. дис. … канд.

юрид. наук. Ростов н/Д., 2006. С. 9.

См., например: Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 416.

См., например: Викут М.А., Зайцев И.М. Гражданский процесс России: учебник.

М., 2001. С. 34, 36, 46 (автор гл. 2 – И.М. Зайцев); Постатейный комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / П.В. Крашенинников и др.; под ред. П.В. Крашенинникова. 3-е изд., испр. и доп. М., 2006. С. 68 (автор комментария к ст. 12 – О.А. Рузакова).

сти»1. Справедливость этого утверждения подтверждают ст. 7 «Равенство всех перед законом и судом», ст. 8 «Равноправие сторон» и ст. 9 «Состязательность» Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее — АПК РФ) 2002 г. от 24 июля 2002 г. № 95-ФЗ2.

Ошибочным представляется утверждение о неразрывной связи, полной взаимообусловленности принципов состязательности и равноправия сторон.

По справедливому мнению И.Л. Петрухина, «обычно различают два принципа: равноправие сторон и состязательную форму судебного разбирательства.

Это имеет смысл. Можно наделить стороны равными правами, но не построить процесс как состязательный. И наоборот: можно ввести состязательную форму процесса, не наделив стороны равными правами»3. Эти принципы, разумеется, тесно связаны, но вовсе не так уж «намертво»; едва ли эта связь много теснее связей между иными принципами.

Как считает С.Ф. Афанасьев, страсбургские судьи признают приоритет процессуального равенства над состязательностью. По мнению Европейского Суда конкретика национального правосудия может быть состязательной, следственной или смешанной. Главное для страны-участницы Конвенции — обеспечить сторонам равные процессуальные права и обязанности4, поэтомуто и «нельзя согласиться с теми правоведами … которые полагают, что … принцип состязательности во многом совпадает с началом равных процессуальных возможностей»5. Развивая свою мысль, он указывает, что не совсем Мурадьян Э.М. Судебное право. СПб., 2007. С. 428; также. см., например: Шерстюк В.М.

Развитие принципов арбитражного процессуального права. М., 2004. С. 9, 151.

См.: Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002. № 30, ст. 3012; 2011. № 29, ст. 4301. Введен в действие Федеральным законом от 24 июля 2002 г. № 96-ФЗ «О введении в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» // Собр.

законодательства Рос. Федерации. 2002. № 30, ст. 3013; 2011. № 29, ст. 4301.

Судебная власть / Т.Е. Абова и др.; под ред. И.Л. Петрухина. М., 2003. С. 282 (автор §3 гл. 4 – И.Л. Петрухин).

См.: Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: общая характеристика и его реализация в российском гражданском судопроизводстве / под ред.

М.А. Викут. Саратов, 2009. С. 255.

Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: теоретикопрактическое исследование влияния Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод на российское гражданское судопроизводство: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Саратов, 2010. С. 46.

правильно рассматривать принцип процессуального равноправия, обращаясь исключительно к условиям состязательности. В противном случае положение о равноправии утрачивает самостоятельность, отстаивая интересы доказательственной процедуры, где отдельная сторона не имеет юридических преимуществ по отношению к другой1.

Представляется справедливым замечание автора, что при таком положении в конструкции первоначал процессуальное равноправие занимает второстепенное место, в отличие от состязательности или следственности2, хотя общеизвестно, что гражданское и уголовное судопроизводство основывается на равенстве сторон 3. Поэтому С.Ф. Афанасьевым и делается акцент на «самодостаточность», «самоценность равноправия, вытекающего из естественной справедливости»4. Для российской же процессуальной науки характерна ситуация, в которой, чрезмерные рассуждения о состязательности сторон приводят к потере смысла равноправия, которое в этом случае переходит в разряд «бедного родственника» в семье принципов гражданского процессуального права5.

Т.В. Сахнова утверждает, что «принцип состязательности и принцип равноправия сторон тесно связаны в своем действии, однако это два самостоятельных принципа гражданского процессуального права, что признано современной доктриной и подтверждается законодательной формулой закрепления принципов в ст. 123 Конституции РФ, ст. 12 ГПК … развитие процессуальной мысли привело к утверждению самостоятельности каждого из названных принципов, что на сегодняшний день является общепризнанным подходом и продолжает исторические традиции русского гражданского процесса»6.

См.: Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: общая характеристика и его реализация в российском гражданском судопроизводстве / под ред.

М.А. Викут. С. 261.

Сахнова Т.В. Курс гражданского процесса: теоретические начала и основные институты. М., 2008. С. 127–128.

Не менее важный аспект проблемы – вопрос о взаимоотношении принципов равенства всех перед законом и судом и процессуального равноправия сторон. Так, отмечается, что «некоторое "смешение" двух принципов имело место в доктрине гражданского процесса почти в самом начале развития самой доктрины»1. С этим необходимо согласиться, однако А.Ф. Воронов нередко и сам допускает такое же «смешение».

Н.М. Васильченко отмечал, что «в специальной литературе не всегда четко проводится различие между равенством и равноправием сторон»2. На наш взгляд, дело также и в том, что вопрос о соотношении и различиях понятий «юридическое равенство» и «равноправие» почти не исследован в теории не только гражданского процесса, но и права в целом.

В СССР равенство обычно исследовалось не в специально юридическом, а в общесоциальном контексте3. Высказывалось мнение, что равенство вообще не является правовым понятием, а характеризует лишь общие социально-экономические показатели; юридическим же является именно понятие «равноправие»4. Уже в советское время этот подход был подвергнут критике5. Но и теперь, например, М.А. Кудрявцев пишет, что он специально «проводит различие между понятиями "равноправие" и "равенство", с тем, чтобы … исследовать именно равноправие в качестве юридического принципа»6.

Представляется, что исходным, базовым в правовой сфере должно являться понятие не равноправия, а именно юридического равенства. В литературе и на практике понятия «равенство» и «равноправие» нередко используВоронов А.Ф. Указ. раб. С. 446.

Васильченко Н.М. Процессуальное положение ответчика в гражданском судопроизводстве. Харьков, 1979. С. 10.

См.: Серкова В.В. К вопросу о соотношении понятий равенства и равноправия // XXVI съезд КПСС и теоретические вопросы государства и права: сборник научных трудов ВЮЗИ / отв. ред. В.А. Рыжов. М., 1984. С. 70–80.

См.: Теребилов В.И. Равноправие граждан – важнейший конституционный принцип Советского государства // Основной Закон нашей жизни / под общ. ред. П.Н. Федосеева.

М., 1978. С. 302.

См.: Ларин А.М. и др. Конституционные основы правосудия в СССР / под ред. В.М.

Савицкого. М., 1981. С. 349 (автор §3 гл.V – Г.И. Чангули).

Кудрявцев М.А. Конституционный принцип равноправия в правовом положении личности в Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2004. С. 16.

ются как тождественные, взаимозаменяемые. Однако понятие «равенство»

несколько шире понятия «равноправие». Собственно равноправие предполагает только равенство прав, в то время как универсальная категория равенства подразумевает и равенство обязанностей. Широкое распространение получил подход к категории равноправия как включающей в себя равенство и прав, и обязанностей1. Н.М. Васильченко писал, что «иногда равноправие сторон расценивают как наличие у них одинаковых прав»2.

Наличие у сторон процессуальных обязанностей долгое время вызывало споры в литературе. Не без оснований отмечается, что обязанностям в теории права традиционно уделяется гораздо меньше внимания, чем правам, что обусловлено историческими и иными причинами3. Сейчас наличие у сторон обязанностей, прежде всего, обязанности доказывания, является фактически общепризнанным4.

Часть 3 ст. 38 ГПК РФ прямо говорит о равных процессуальных как правах, так и обязанностях сторон. Часть 4 ст. 44 АПК РФ указывает только на процессуальные права. В то же время в ст. 35 ГПК РФ, ст. 41 АПК РФ речь идет о правах и обязанностях участвующих в деле лиц. Часть 3 ст. ГПК РСФСР 1964 г. упоминала только о равных правах сторон, но в общем плане, применительно к лицам, участвующим в деле, говорилось и об обязанностях (ст. 30). Указание обязанности доказывания отражено в ст. ГПК РФ, ст. 65 АПК РФ, ст. 50 ГПК РСФСР 1964 г.

См., например: Серкова В.В. Указ. раб. С. 77; Теребилов В.И. Указ. раб. С. 316–317;

Сахнова Т.В. Указ. раб. С. 133, 193, 199; Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: общая характеристика и его реализация в российском гражданском судопроизводстве / под ред. М.А. Викут. С. 263; Его же. Право на справедливое судебное разбирательство: теоретико-практическое исследование влияния Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод на российское гражданское судопроизводство:

автореф. дис. … д-ра юрид. наук. С. 46; Коротенко В.И. Конституционные принципы правосудия в арбитражном судопроизводстве (теоретико-правовое исследование): автореф.

дис. … канд. юрид. наук. Челябинск, 2006. С. 22; Чернов К.А. Принцип равенства как общеправовой принцип российского права: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Казань, 2003.

С.19; Кудрявцев М.А. Указ. раб. С. 11, 16, 20.

Васильченко Н.М. Указ. раб. С. 10.

См., например: Глухарева Л.И. Обязанности человека и гражданина в контексте теории прав человека // История государства и права. 2009. № 7. С. 25.

См., например: Лебедев М.Ю. Гражданский процесс: учебник. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2011. С. 60.

Такого рода обязанности в литературе иногда называют «диспозитивными». И поныне встречаются высказывания, что «обязанности сторон не являются "обязанностью" в правовом смысле этого слова» 1. А.Ф. Воронов отмечает, что, «несмотря на наличие многих равных процессуальных обязанностей, в процессуальном правоотношении суть принципа выражается в равных правах, предоставленных сторонам для убеждения суда в своей правоте; соотношение прав и обязанностей во многом соответствует принципу состязательности: только если сторона стремится выиграть дело, воспользоваться предоставленными правами, тогда на нее возлагаются обязанности. При отсутствии такого стремления о равенстве обязанностей во многих случаях говорить беспредметно»2.

Однако не стоит недооценивать значимость юридических обязанностей вообще и процессуальных в частности. Справедливым представляется утверждение, что «равенство обязанностей обладает такой же ценностью, что и равенство прав»3. Если даже признать, что сейчас процессуальных обязанностей у сторон нет, это вовсе не значит, что их никогда у них не было, не будет и принципиально быть не должно. А.Ф. Воронов отмечает, что «… анализ … норм ГПК … приводит к выводу о том, что у сторон имеются в большинстве случаев одинаковые обязанности в процессе»4.

В.М. Семенов указывал, что «принцип сочетания прав с обязанностями неразрывно связан с принципом равенства прав, т.е. с принципом равноправия, поскольку равноправие дополняется равенством обязанностей субъектов права»5. В то же время есть мнение, согласно которому именно «принцип процессуального равноправия (равенства) сторон … дополняет принцип равенства граждан и организаций перед законом и судом»6. В определенном Баранов И.В. и др. Гражданское процессуальное право: учебник / под общ. ред.

Л.В. Тумановой. М., 2008. С. 167 (автор тем 4, 8 – А.С. Федина).

Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 481–482.

Зубакин В.Ю. Конституционный принцип равенства всех перед законом в Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2006. С. 18.

Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 456.

Семенов В.М. Конституционные принципы гражданского судопроизводства.

М., 1982. С. 45.

Коршунов Н.М., Мареев Ю.Л. Гражданский процесс: учебник. М., 2005. С. 71.

смысле это верно, если сделать акцент на равенстве именно сторон, т.е. подразумевается субъектный аспект принципа. Так, О.В. Исаенкова пишет, что «в отношении сторон искового гражданского процесса – истца и ответчика – принцип равенства получает продолжение в принципе процессуального равенства сторон»1. Однако равноправие как равенство именно прав (более узкая категория) едва ли может дополнять более широкую категорию юридического равенства как равенства и прав, и обязанностей.

На наш взгляд, не случайно в литературе и на практике часто говорится именно о принципе «процессуального равенства сторон», «принципе равенства сторон»2. Из высказываний некоторых исследователей следует, что, по их мнению, правильнее было бы говорить именно о принципе процессуального равенства3. В то же время зачастую один и тот же автор говорит о принципе процессуального то равенства, то равноправия4. Иногда рассуждают и про «равноправие и равенство сторон»5 кумулятивно.

Таким образом, в теории не существует даже единых общепринятых и строго выдержанных подходов к терминологическим обозначениям рассматриваемых принципов. Например, К.С. Юдельсон писал, что существует «принцип равенства и равноправия лиц, участвующих в деле», «конституциГражданский процесс России: учебник / С.Ф. Афанасьев [и др.]; под ред. М.А. Викут.

М., 2004. С. 44 (автор гл. 2 – О.Е. Исаенкова).

См., например п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 14 апреля 1988 г. № 3 «О применении норм ГПК РСФСР при рассмотрении дел в суде первой инстанции» // Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1988. № 7; Бюллетень Верховного Суда РФ. 2008. № 10 (утратило силу); абз. 2 п. 3.3 мотивировочной части Определения Конституционного Суда РФ от 12 апреля 2005 г. № 113-О // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2005. № 22, ст. 2195; Аргунов В. Процессуальное равноправие сторон в гражданском судопроизводстве // Советская юстиция. 1989. №13. С. 29–30.

См., например: Власов А.А. Гражданский процесс: учебное пособие. М., 2005. С. 54–55;

Викут М.А., Зайцев И.М. Указ. раб. С. 34, 38, 43 (автор гл. 2 – И.М. Зайцев).

См., например: Гражданский процесс: учебник. 3-е изд., перераб. и доп. / А.П. Вершинин [и др.]; под ред. В.А. Мусина [и др.]. М., 2001. С. 35–36 (автор §2 гл. III – А.А. Ференс-Сороцкий); Жеруолис И.А. Сущность советского гражданского процесса // Ученые записки высших учебных заведений Литовской ССР. Право. Т. VII. Вып. 2. Вильнюс, 1969. С. 126–127; Чашин А.Н. Долговые обязательства: процессуальные позиции истца и ответчика. М., 2009. С. 59–61; Балашов А.Н., Гревнов А.А. Принцип процессуального равноправия как гарантия реализации права на судебную защиту в гражданском судопроизводстве // Российская юстиция. 2010. № 8. С. 27–28.

Иваненко Ю.Г. Способы защиты гражданского права и основания иска // Закон. 2011.

№ 1. С. 169.

онный принцип равенства лиц, участвующих в деле, а также их равноправия»1; А.Ф. Воронов полагает, что название принципа «процессуальное равноправие сторон» несколько тавтологично, было бы вернее применять термин «принцип равноправия сторон»2.

Э.М. Мурадьян пишет, что, «сопоставляя два принципа: 1) равенства всех перед законом и судом, и 2) равноправия сторон … нетрудно заметить некоторую избыточность, поскольку равенство перед судом для субъекта процесса … всегда имеет процессуальный смысл. Равенство перед судом существенно для сторон и других субъектов и представляет собой процессуальное равенство. Его действие распространяется на всех участников процесса, не ограничиваясь сторонами»3, и отмечает, что «имея в виду некоторое пересечение "равенства перед законом и судом" и "процессуального равноправия" … понятно намерение на их основе переформулировать принцип, устранив избыточность»4.

Действительно, если равноправие распространяется только на стороны, то равенство перед законом и судом характеризует положение всех участников процесса: «… принципом равноправия определяются отношения не участников процесса вообще, а именно правовое соотношение сторон»5; «говоря о процессуальном равноправии, законодатель имеет в виду, прежде всего, стороны, их положение в процессе» 6. В отличие от этого «… процессуальное равенство действует не только в отношении сторон, но и, по крайней мере, всех субъектов, участвующих в судебном состязании (третьи лица и др.) … в силу принципа равенства перед законом и судом лица, выполняющие одинаковую функцию в процессе, имеют равные процессуальные права и обязанности»7.

Юдельсон К. Конституционные принципы советского гражданского процессуального права // Советская юстиция. 1978. № 16. С. 11.

Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 482.

Мурадьян Э.М. Судебное право. СПб., 2007. С. 424.

Там же. С. 412, 429.

Там же. С.433.

Важным и проблемным аспектом функционирования принципов равенства и равноправия является как раз следование им в практической деятельности судов. На неудовлетворительность положения в этой сфере не раз указывалось в литературе 1. Именно однобокость, «односторонность выражается в неумении рассматривать вопросы всесторонне, в понимании только одной из противоположностей: например, когда … понимают только истца, но не понимают ответчика» 2. В. Аргунов также отмечал, что «среди практических работников наметилась тенденция упрощенного подхода к применению норм, составляющих в совокупности основное содержание данного принципа … применение … норм осуществляется … бессистемно, вне зависимости от их целевой направленности, исходя только из их функционального назначения. Однако применение любой нормы должно осуществляться при соблюдении всех правовых принципов»3.

Очевидно, что «… все процессуальные правила суд обязан применять так, чтобы ни одна из сторон не оказалась в ходе процесса в преимущественном положении по отношению к другой стороне» 4. В то же время, по замечанию С.Ф. Афанасьева, если представить общую картину постановлений Европейского Суда, граждане России не очень озабочены проблематикой нарушения принципа равноправия сторон в гражданском процессе5. Представляется, что это объясняется как раз «пренебрежительным»

отношением к данному принципу в теории и практике, мнимым «поглощением» его принципом состязательности.

Для характеристики положения ответчика в гражданском процессе крайне важно выяснить, как закрепляется принцип равенства сторон в закоСм., например: Зайцев И. Истцу и ответчику – равные процессуальные условия // Советская юстиция. 1992. № 19-20. С. 14–15.

Цзэ-Дун Мао. Относительно противоречия // Цзэ-Дун Мао. Избранные произведения.

М., 1953. С. 428–429.

Аргунов В. Указ. раб. С. 28.

Основные принципы гражданского процесса / под ред. М.К. Треушникова, З. Чешки.

М., 1991. С. 137 (авторы гл. V – В. Аргунов, А. Мацкова).

См.: Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: общая характеристика и его реализация в российском гражданском судопроизводстве /под ред.

М.А. Викут. С. 270.

нодательстве и как реализуется он в судебной практике. Так, по замечанию Н.М. Васильченко, «в практике существует неофициальная презумпция правомерности требований истца. Ответчику часто отводится второстепенная роль, с момента своего появления в процессе он иногда считается нарушителем прав и интересов истца»1. Однако «подобное отношение к ответчику может создать впечатление о неравенстве сторон в гражданском судопроизводстве, поставить процессуальные права ответчика в зависимость от прав истца, лишить его важнейших прав на защиту своих интересов»2.

А.Ф. Вороновым было также высказано мнение, что «стороны вовсе не так равноправны, как представляется с первого взгляда. Это неравноправие предопределено уже "правилом первого хода": истец "нападает", ответчик "обороняется"»3. В связи с этим им обращается внимание на то, что «крайне редко анализировались процессуальные нормы, в которых закреплено неравенство сторон процесса»4.

Действительно, казалось бы, при проведении научного анализа равенства и равноправия одним из самых важнейших моментов является именно указание на те нормы закона или юридико-фактические ситуации, в которых эти принципы нарушаются. Однако до публикаций А.Ф. Воронова на это почти не обращалось внимания. Почему же так произошло, чем это обусловлено? Чтобы ответить на этот вопрос, потребуется более подробно проанализировать не только труд самого уважаемого автора, но и ряд работ иных исследователей: тех, на которых он непосредственно ссылается, и других.

Характеризуя прежнее гражданское процессуальное законодательство, А.Ф. Воронов пишет, что в нем «нормы о неравноправии сторон выглядели незаметно, но они были». К таковым им отнесены, например, нормы о территориальной подсудности, об обращении в суд в защиту других лиц прокуроВасильченко Н.М. Указ. раб. С. 9–10: см. также, например: Зайцев И. Истцу и ответчику – равные процессуальные условия // Советская юстиция. 1992. № 19–20. С. 14-15.

Васильченко Н.М. Указ. раб. С. 10.

Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 417.

ра, государственных органов (ст. 41, 42 ГПК РСФСР)1. Автор подвергает критике высказываемые в литературе мнения2, что в тех или иных случаях (обеспечение иска и т.д.) имеет место только «кажущееся» нарушение принципа равноправия3. Заметим, однако, что даже если признать обоснованным, возможно, конкретикой той или иной ситуации несогласие А.Ф. Воронова с мнением о всегда «только кажущихся нарушениях принципа равноправности сторон», это еще не предоставляет должной основы для фундаментального вывода о, так сказать, «кажущемся равноправии». С точки зрения С.Ф. Афанасьева, следует разграничивать потенциальные случаи нарушения принципа процессуального равноправия сторон и эпизоды схожей внешне юридической обстановки4.

Анализируя нормы современного законодательства, А.Ф. Воронов также выделяет в нем ряд аспектов неравенства. При этом он исходит из концептуального положения, что «равенство перед законом и судом предполагает, но вовсе не гарантирует полное равенство сторон в процессе»5.

На первое место в качестве примера неравноправия сторон выдвигается подсудность (для убедительности данного тезиса будем использовать цитаты): «правило об общей территориальной подсудности … хотя и кажется "естественным", но отнюдь не создает одинаковые возможности для защиты прав; с другой стороны, право выбора подсудности, предоставленное истцу нормами ст. 29, ч. 1 ст. 31 ГПК РФ создает по отдельным категориям дел ему вполне очевидные преимущества … вообще из всех норм о подсудности лишь нормы о договорной подсудности (ст. 32), о передаче дела по ходатайству сторон в суд по месту нахождения большинства докаВоронов А.Ф. Указ. раб. С. 448.

См., например: Васьковский Е.В. Курс гражданского процесса. Т. I: Субъекты и объекты процесса, процессуальные отношения и действия. М., 1913. С. 372–373; Афанасьев С.Ф.

Право на справедливое судебное разбирательство: общая характеристика и его реализация в российском гражданском судопроизводстве /под ред. М.А. Викут. С. 270.

См.: Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 438.

См.: Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: общая характеристика и его реализация в российском гражданском судопроизводстве /под ред.

М.А. Викут. С. 269.

Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 427.

зательств (п. 2 ч. 1 ст. 33), об исключительной подсудности (ст. 30) отвечают сути процессуального равноправия»1.

По мнению А.Ф. Воронова, «на стадии судебного разбирательства вопрос о неравноправии сторон в основном касается очередности (объяснений, речей в прениях, реплик). Обычно истец выступает перед ответчиком»2. По указанию же Е.О. Салеевой, напротив, «аксиоматическое положение «истцу первое слово, ответчику последнее» поддерживает смысл равноправия в том, что суд не может вынести решение, не предоставив ответчику возможности дать объяснение»3. Э.М. Мурадьян также уверена, что «с началом процессуального равноправия вполне согласуется последовательность дачи объяснений сторонами суду, установленная процессуальным законом»4.

Сам же А.Ф. Воронов отмечает, что «… это во многом технический вопрос, решенный логично: нападающая сторона выступает первой, обороняющаяся – второй, поскольку надо отвечать на нападение, а не наоборот» 5.

Спрашивается, в чем же тогда «вопрос»? Тем более, что в порядке очередности одна сторона всегда должна будет выступать первой, т.е. «равноправие»

принципиально недостижимо (если только стороны не выступают одновременно, что, понятно, невозможно).

Также «не полностью отвечает принципу равноправия и институт замены ненадлежащего ответчика «по ходатайству или с согласия истца» (ст. 41), нормы о праве прокурора, иного органа» обращаться в суд в интересах других лиц6. Помимо этого, «какими бы "естественными" причинами это ни объяснялось, но … институт обеспечения иска … демонстрирует неравноправие сторон: меры по обеспечению ограничивают права ответчика … определение об обеспечении рассматривается без извещения ответчика». Также и «норма ч. Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 459.

Салеева Е.О. Соотношение правовых аксиом с принципами состязательности и равноправия сторон в гражданском процессуальном праве // Вестник Саратовской государственной академии права. 2008. № 5. С. 146.

Мурадьян Э.М. Судебное право. СПб., 2007. С. 412.

Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 462.

ст. 144 … нарушает равноправие по отношению к истцу и иным лицам, участвующим в деле: почему они не могут потребовать отмены обеспечения?» Это замечание абсолютно верное, поскольку, например, неотмененное вовремя обеспечение, даже если истец хотел его отмены, может повлечь увеличение убытков ответчика, которые могут быть взысканы бывшим ответчиком с бывшего истца (ст. 146 ГПК РФ). Однако сейчас эта норма изменена Федеральным законом от 5 апреля 2009 г. №44-ФЗ «О внесении изменений в статью 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» 2, и требовать отмены обеспечения могут все участвующие в деле лица3. Таким образом, неравноправие устранено.

Что касается «ограничения прав ответчика» обеспечением иска, то абсолютизировать это ограничение также не совсем верно. В сущности как раз истец первоначально «ограничен» в правах (по крайней мере, позиционирует себя таковым), поскольку спорное имущество (деньги) находятся в обладании ответчика или в сфере его юридического господства. Смысл обеспечения как раз в том, чтобы еще до разрешения дела как бы «временно» обеспечить действительное равенство (по отношению к предмету спора), т.е. вывести его из сферы юридического и (или) фактического господства обеих сторон.

Так, С.А. Якубов отмечал, что «институт обеспечения иска направлен на то, чтобы «… защитить в равной степени права и интересы как истца, так и ответчика, для чего закон устанавливает определенный процессуальный порядок, предоставляет права не только истцу, но и ответчику»4.

А.Ф. Воронов пишет: «Очевидно, что обращение в суд прокурора и иного органа и участие их в процессе дают преимущества одной из сторон, норма о назначении судом адвоката для ответчика … (ст. 50), которая находится в системной связи с нормами ст. 119 и 120 (назначение квалифицированного представителя одной из сторон судом в гражданском состязательном Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 466.

См.: Собр. законодательства Рос. Федерации. 2009. № 14, ст. 1579.

См.: Лебедев М.Ю. Указ. раб. С. 191.

Якубов С.А. Права и обязанности сторон в советском гражданском процессе: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Л., 1961. С. 10.

процессе) при некоторой своей внешней справедливости ставит другую сторону в неравное положение»1.

Что касается нарушения равноправия сторон обращением другого лица (специального субъекта) в суд в защиту одной из них, то это вопрос особый. Отметим лишь, что существует мнение о том, что «в современном гражданском процессе прокурор реализует по преимуществу компенсационную функцию»2, причем его компенсационная функция в процессе производна … от функции государства обеспечить всем субъектам равное право на судебную защиту»3. Ранее в литературе отмечалось, что «принцип равенства прав сторон, поскольку речь идет о состязательности, применим также к прокурору, органам управления … и другим организациям, участвующим в процессе в порядке ч. 1 ст. 42 ГПК. Они не располагают в процессе большими процессуальными полномочиями, нежели ответчик» 4; «участвующий в деле прокурор, как и всякое другое участвующее в деле лицо, по отношению к суду не имеет никаких преимуществ»5.

Справедливо утверждение, что «анализ … дел по искам о защите наиболее важных прав граждан, по которым предусмотрено участие прокурора, показывает, что дела эти схожи в том, что в них есть более "слабая" сторона – гражданин, которому затруднительно или невозможно отстаивать свои интересы самостоятельно по различным причинам»6. В связи с этим нередко подвергается критике норма, согласно которой неявка прокурора не препятствует рассмотрению дела, поскольку «рассмотрение без прокурора дел, по которым предусмотрено его участие, может существенно ухудшить положение граждан»7.

Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 466.

Сахнова Т.В. Указ. раб. С. 237.

Научно-практический комментарий к ГПК РСФСР / М.Г. Авдюков [и др.]; под ред.

Р.Ф. Каллистратовой, В.К. Пучинского. М., 1965. С. 53–54 (автор гл.4 – Н.М. Ильинская).

Джалилов Д.Р. Лица, участвующие в гражданских делах искового производства.

Душанбе, 1965. С. 39.

Бывальцева С. Заключение прокурора в гражданском процессе // Законность. 2010.

№ 5. С. 58.

Бывальцева С. Указ. раб. С. 58; см. также, например: Лавриненков С.А. Правозащитная деятельность прокуратуры в гражданском судопроизводстве // Человек и право – XXI век. Вып. 9. Саратов, 2009. С. 40; Марткович И.Б. Судебное заседание как основная стадия советского гражданского процесса: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1952. С. 20.

Касательно нормы ст. 50 ГПК РФ отметим, что в литературе она рассматривается не как нарушение принципа равноправия, а, напротив, как средство обеспечения права ответчика на судебную защиту и осуществления судопроизводства на началах состязательности и равноправия сторон, одна из «гарантий реализации принципа равноправия гражданского процесса»1.

Более того, предлагается даже «для большей эффективности обеспечения прав ответчика, место жительства которого неизвестно … предусмотреть участие в процессе его законных представителей при наличии их согласия»2.

Весьма показательны для адекватной оценки концепции «неравноправия» А.Ф. Воронова также и приводимые им примеры процессуального равноправия сторон. Выше упоминалось, что к таковым он относит в том числе нормы о договорной подсудности. Однако так ли уж в действительности способствуют равноправию сторон эти возможности? Бывает и наоборот!

Дело в том, что при заключении договоров более сильная сторона нередко навязывает стороне слабой невыгодные для последней договорные условия.

К таковым может относиться и удобная для доминирующей стороны договорная подсудность. Это является одной из серьезных проблем теории и правоприменительной практики. То есть неравенство в материальных отношениях приводит к фактическому неравенству процессуальному и способствует этому именно «процессуальное равноправие» в трактовке А.Ф. Воронова. Так, существует мнение, что «к недействительным условиям договора присоединения следует отнести … условия территориальной подсудности, предусмотренные исключительно в интересах автора договора присоединения»3. Я. Грель отмечает, что проблематика «допустимости пророгационного соглашения в зависимости от круга лиц … вызвана потребностью защиты потенциально слабой См., например: Комментарий к гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / В.В. Бриксов [и др.]; под ред. Г.А. Жилина. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2006. С. 125 (автор комментария к гл. 5 – В.В. Калинин).

Чудаева О.П. Реализация задач гражданского судопроизводства в стадии судебного разбирательства: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2009. С. 16.

Славецкий Д.В. Принцип защиты слабой стороны гражданско-правового договора:

автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2004. С. 20.

стороны, когда более сильный контрагент навязывает ей выгодную для себя подсудность. С тем, чтобы фактическое неравенство не переросло в процессуальное неравноправие сторон, в законодательстве некоторых стран свобода заключения пророгационного соглашения существенно ограничена …»1, и приходит к выводу, что «свобода сторон заключать пророгационные соглашения должна быть ограничена в тех сферах, где правовая защищенность интересов слабой стороны имеет определяющее значение»2. Делается это именно для обеспечения равенства сторон. За слишком рьяное воплощение «процессуального равноправия сторон» в договорах с потребителями именно в аспекте подсудности юридические лица даже привлекаются к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ3. Другое дело, если имеется в виду ситуация установления договорной подсудности в уже возникшем процессе.

А.Ф. Воронов констатирует, что «когда речь идет о правилах убеждения суда в своей правоте, то явно преобладают нормы о равенстве прав и обязанностей сторон, когда же речь идет об иных вопросах, то преобладание норм, в которых отражено равенство сторон, не так очевидно»4. Далее он даже указывает, что «следует особо подчеркнуть, что, когда речь идет о доказывании обстоятельств, имеющих значение для дела, о том, каков порядок убеждения суда каждой из сторон в своей правоте, ГПК "проявляет" "особое" равенство прав: практически всегда употребляется понятие "стороны" или "лица, участвующие в деле", а не отдельно "истец" и "ответчик" (имеются в виду ч. 2 ст. 57, ст. 68. – А.Е.) … иногда равенство подчеркивается: "каждой из спорящих сторон" (ч. 7 ст. 67), "каждая из сторон" (ч. 2 ст. 79)»5. При этом «остальные нормы не отражают процессуальное неравноправие6 хотя бы и в Грель Я. Соглашение о подсудности в гражданском процессуальном праве // Арбитражный и гражданский процесс. 2005. № 8. С. 38.

См., например: Панов А.Б. КоАП РФ в судах арбитражной системы // Закон. 2010.

№ 4. С. 111–112.

Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 427.

Смысл этого высказывания не совсем понятен. Возможно, в тексте допущена опечатка, и имелось в виду как раз «равноправие».

силу "естественных" причин, обусловленных различным положением сторон в спорном материально-правовом отношении: одна сторона предположительно имеет право, другая – обязанность»1.

Касательно равенства в доказательственной процедуре заслуживает внимания мнение Г.Л. Осокиной, которая, указывая, что «стороны пользуются равными правами по представлению доказательств и участию в их исследовании», в то же время подчеркивает, что «такое положение непосредственно было закреплено в ч. 2 ст. 14 ГПК РСФСР 1964 г. … Действующий ГПК не содержит, к сожалению, такой нормы» 2. Отсюда можно сделать вывод, что равноправие как таковое вообще сводится только к доказательственной сфере.

Как считает А.Ф. Воронов, «ключевой нормой, в которой отражается равноправие сторон в гл. 7 («Судебные расходы»), является положение ч. ст. 98 ГПК»3. Это утверждение не совсем корректно. Ведь здесь в целом имеется в виду не равноправие сторон в «чистом» виде, поскольку речь идет не об истце и ответчике конкретно, а об абстрактной стороне вообще, которой может быть как истец, так и ответчик. Это правило относится, собственно, не к самому ходу процесса, а к его последствиям.

По замечанию Д.А. Фурсова, «стороны не могут иметь одинаковые средства защиты, поскольку они являются противоположными процессуальными фигурами. Если у одной стороны таким средством выступает иск, то у другой стороны средством защиты служит, как правило, отзыв на иск. Поэтому можно говорить лишь об одинаковых по значению средствах защиты и одинаковых возможностях использования разных, но соотносимых друг с другом средств защиты субъективных интересов в арбитражном и гражданском процессах»4. М.Ю. Лебедев также констатирует, что «полное совпадение прав сторон относится к их так называемым "общим" правам … что же Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 460.

Осокина Г.Л. Гражданский процесс. Общая часть. 2-е изд., перераб. М., 2008.

С. 159–160.

Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 459.

Фурсов Д.А. Указ. раб. С. 368.

касается прав сторон, связанных с распоряжением материальной стороной спора … то правильнее говорить не о равноправии сторон, а о соотносимости их прав. Так, с правом истца на отказ от иска соотносится право ответчика на признание иска»1 (курсив наш. – А.Е.).

Действительно, стороны в процессе выполняют диаметрально противоположные функции: иска и защиты против иска2. По словам Т.В. Сахновой, «каждое процессуальное действие одной стороны допускает контрдействие противоположной стороны, что обусловлено парностью функций иска и защиты против иска»3. Очевидно, что «судебный процесс – сфера возражений и притязаний, атаки и обороны», поэтому «стороны хотят не одного и того же»4.

В.М. Шерстюк некогда утверждал, что «абсолютного равноправия между сторонами в гражданском процессе нет и не может быть, что обусловлено особым процессуальным положением каждой из них (например, ответчик не вправе требовать обеспечения иска, уменьшения размера исковых требований)»5. Любопытно, однако, что в последующем издании этого комментария данное высказывание уже отсутствует6.

Итак, то, что стороны в процессе на самом деле имеют вовсе не идентичные права, отрицать бесполезно. Означает ли это, что принцип процессуального равноправия сторон таким положением нарушается? Утверждается, например, что «стороны равноправны, но их права в процессе неидентичны», и в то же время «процессуальное равноправие, как и вообще равноправие, не существует в абсолютном виде. Из этого правила имеются исключения, запиЛебедев М.Ю. Указ. раб. С. 38.

См., например: Щеглов В.Н. Субъекты судебного гражданского процесса. Томск, 1979. С. 4, 6–8; Сахнова Т.В. Указ. раб. С. 129, 186.

Сахнова Т.В. Указ. раб. С. 132.

Мурадьян Э.М. Судебное право. СПб., 2007. С. 223, 424.

Борисова Е.А. и др. Научно-практический комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под ред. В.М. Жуйкова, В.К. Пучинского, М.К. Треушникова. М., 2003 (автор комментария к ст. 12 – В.М. Шерстюк).

См.: Борисов Е.А. и др. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под ред. В.М. Жуйкова, В.К. Пучинского, М.К. Треушникова. М., 2007.

санные в … законах»1. Так, «никакого "уравнения" обязанностей там, где они со всей определенностью установлены законом, быть не может»2.

Давно отмечено, что «равноправие лиц, участвующих в деле, проявляется в нормах гражданского процессуального права своеобразно»3. Очевидно, что абсолютное, полное равноправие в процессе невозможно ввиду специфики процессуального положения сторон. Так, например, высказано мнение, что при пассивной позиции интересы ответчика защищаются только судом, устанавливающим необоснованность требований, которые предъявляет истец4. Но можно ли это высказывание отнести к пассивной позиции истца?

Указывается, что «в соответствии с принципом процессуального равенства стороны наделяются относительно тождественным объем (ом) процессуальных прав»5; что, при предоставлении одной стороне определенных процессуальных прав, в соответствии с законом аналогичными правами наделяется и другая сторона. Аналогичность прав не означает их полной тождественности. Стороны пользуются неодинаковыми процессуальными правами, которые, однако, обеспечивают их равное положение в процессе», т.е. «равенство в правах совсем не означает их тождественности»6.

В литературе, помимо нередко используемой характеристики «аналогичности»7, применяются и другие обозначения взаимосвязанности противостоящих специфических прав сторон, каковые (обозначения), по мысли автоМурадьян Э.М. Судебное право. СПб., 2007. С. 405– 406.

Там же. С. 316. См. также, например: Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: общая характеристика и его реализация в российском гражданском судопроизводстве / под. ред. М.А. Викут. С. 259; Его же. Право на справедливое судебное разбирательство: теоретико-практическое исследование влияния Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод на российское гражданское судопроизводство:

автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Саратов, 2010. С. 47.

Юдельсон К. Конституционные принципы советского гражданского процессуального права // Советская юстиция. 1978. № 16. С. 11.

См.: Трашкова Н.М.

Защита ответчика в гражданском процессе: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2009. С. 18.

Балашов А.Н., Гревнов А.А. Указ. раб. С. 28.

Коршунов Н.М., Мареев Ю.Л. Указ. раб. С. 71, 120.

См., например: Семенов В.М. Указ. раб. С. 122; Советский гражданский процесс:

учебник / В.Н. Аргунов [и др.]; под ред. М.К. Треушникова. М., 1989. С. 40–41 (автор гл. II – П.В. Логинов); Осокина Г.Л. Указ. раб. С. 160.

ров, также должны выражать собою реальное воплощение и действие принципа процессуального равноправия. Здесь речь идет о том, что, собственно, чему «соответствует», или «равно», «соотносимо и т.д. в специфичном процессуальном «арсенале» истца и ответчика.

Так, существует мнение, что «сторонам обеспечиваются равные возможности для защиты их интересов в суде … праву истца на предъявление иска и отказ от него сопутствует право ответчика предъявить встречный иск или признать исковые требования. Правомочию истца на изменение исковых требований противостоит право ответчика на внесение изменений в основания выдвинутых им возражений»1. С точки зрения Т.В. Сахновой, «у ответчика должны быть средства защиты против иска, корреспондирующие иску.

К числу таких средств относятся возражения и встречный иск»2.

Стоит заметить, что тезис об «аналогичности» «противостоящих» специфических прав сторон был подвергнут критике. А.Ф. Воронов пишет, что «мы не считаем такие права "аналогичными" … в данном случае имеет место некая "подгонка" толкования норм под заранее подобранную концепцию»3. Однако в связи с данным высказыванием возникает вопрос: а что, должна быть противоположная концепция, т.е. концепция процессуального неравноправия? В таком случае нет особых препятствий и к тому, чтобы вывести в гражданском процессе нечто вроде «принципа сочетания равенства и неравенства сторон».

На наш взгляд, здесь следует остановиться на вопросе: если стороны процесса на самом деле все же равны, то – в чем же в действительности они равны? Очевидно, что положение их именно как сторон так называемые общие права не характеризуют вовсе, так как ими обладают не только стороны.

По словам С.А. Ивановой, «стороны пользуются равными процессуальными правами. Объем их общих прав совпадает с правами и обязанностями других Тихиня В.Г., Тихонович В.В. Конституция БССР и принципы судебной защиты гражданских прав. Минск, 1980. С. 43.

Сахнова Т.В. Указ. раб. С. 330.

Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 466.

лиц, участвующих в деле. … Реально равенство прав и обязанностей сторон заключается в том, что обе стороны (истец и ответчик) в равной мере имеют право на отстаивание своих прав, занимаемой ими позиции … Праву истца на предъявление иска соответствует право ответчика на возражение или на предъявление встречного иска»1 (курсив наш. – А.Е.).

По мнению Г.Л. Осокиной, смысл принципа процессуального равноправия сторон заключается в том, чтобы ни одна из сторон не наделялась бы дополнительными правомочиями, ставящими другую сторону в заранее неравное с ней процессуальное положение2. Однако каждая сторона как раз и имеет «дополнительные» (к правовым возможностям другой стороны) специфические права.

С нашей точки зрения, совершенно справедливо утверждение Н.М. Васильченко, согласно которому «следует признать неправильной употребляемую у нас следующую формулу: то, что дозволено одной стороне, должно быть дозволено другой. Каждая сторона в соответствии с принципом равноправия может пользоваться для защиты своих прав и интересов только теми правами, которые закон предоставляет именно ей как участнику гражданского процессуального правоотношения. Естественно, что ответчик не может отказаться от иска, а истец не может признать иск»3. Тем не менее, эта «формула»

в разных вариациях до сих пор приводится в литературе довольно часто4.

Таким образом, только стороны обладают специфическими правами, которые как раз не равны, или, если переставить акценты, неравны именно те процессуальные средства, которыми обладают только стороны. Вряд ли можно признать справедливым мнение, что в гражданском процессе происходит Научно-практический комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). М.,2001 (автор комментария к гл.4 – С.А. Иванова).

См.: Осокина Г.Л. Указ. раб. С. 161.

Васильченко Н.М. Указ. раб. С. 11.

См., например: Осокина Г.Л. Указ. раб. С. 160; Трубников П.Я. Судебное разбирательство гражданских дел. М., 1962. С. 10; Путилова О.С. Защита прав и законных интересов ответчика в цивилистическом правосудии // Тенденции развития цивилистического процессуального законодательства и судопроизводства в современной России: материалы Международной научно-практической конференции / отв. ред. А.И. Зайцев. Саратов, 2009.

С. 384.

«наделение сторон равными по объему и содержанию процессуальными правами и обязанностями»1. По содержанию они различны. Другое дело – их «объем», или «совокупный вес» прав и обязанностей истца и ответчика. Так, Э.М. Мурадьян говорит именно о «правиле процессуального равновесия»2. Отмечается, что «право истца на отказ от иска "уравновешено" встречным правом ответчика на признание иска»3.

По замечанию А.Н. Чашина, «содержание принципа равенства не следует понимать буквально. Равенство сторон в гражданском процессе не абсолютное, а корректируется с учетом процессуального статуса»4.

А.Ф. Воронов в связи с этим отмечает5 «появление концепции о "соотносимости", а не равенстве некоторых прав истца и ответчика, в частности прав по распоряжению материальными правами и обязанностями» (имеется в виду высказываемое положение о том, что «истец и ответчик наделены по закону идентичными либо соотносимыми правами и обязанностями … соотносимы права:

истца – отказаться от иска, ответчика – признать исковые требования и др.»6).

На наш взгляд, следует отчасти согласиться с мыслью, что применительно к сторонам, собственно, «речь идет не о равноправии в буквальном понимании (идентичности прав) сторон, а об их функциональном равенстве, когда равны не столько права (в полном объеме они могут не совпадать), сколько процессуальные функции. Равенство функций не означает их предметного совпадения (обвинение, защита и судебная функция строго разграничены). Оно заключается в их одинаковой "мощности", способности сторон эффективно добиваться своих целей»7.

Джалилов Д.Р. Указ. раб. С. 19.

Мурадьян Э.М. Судебное право. СПб., 2007. С. 412.

Чернов К.А. Указ. раб. С. 27–28.

Чашин А.Н. Указ. раб. С. 61.

См.: Воронов А.Ф. Указ. раб. С. 467.

Викут М.А., Зайцев И.М. Указ. раб. С. 43. См. также.: Власов А.А. Указ. раб. С. 55;

Лебедев М.Ю. Указ. раб. С. 38; Юридическая служба в народном хозяйстве / В.М. Бережнов [и др.]; под ред. К.С. Юдельсона, И.М. Зайцева. Саратов, 1976. С. 88 (автор § 2 гл. III – К.С. Юдельсон).

Катомина В.А. Справедливость и состязательность как ценности права // Мир человека: нормативное измерение – 2: сборник трудов Международной научной конференции (Саратов, 29-30 апреля 2010 г.) / отв. ред. И.Д. Невважай. Саратов, 2010. С. 170.

Действительно, ситуация процессуального равенства сторон, фигурально выражаясь, представляет собой вариант известной шутки: что тяжелее – килограмм железа или килограмм ваты? Одна и та же сумма, как известно, может получиться из разных слагаемых. Следует согласиться, что «права должны быть не равными, а скорее симметричными»; «совокупности прав и обязанностей сторон должны быть симметричными»1.

Абсолютное основание принципа равенства сторон заложено уже в том, что «процессуальные нормы, регламентирующие исковое производство, существуют ради истца и ответчика»2, а не ради одной только из сторон.

Проблема заключается именно в «равномерном распределении ресурсов и средств защиты между истцом и ответчиком в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон»3, а не в отсутствии у последних тождества прав и обязанностей.

В литературе указывается, что «если истец имеет право предъявить против ответчика иск, изменить его … или отказаться от иска, то ответчик также должен обладать аналогичными процессуальными средствами, т.е. правом заявить возражения против иска или предъявить встречный иск или признать иск и т.д.»4. А.А. Ференс-Сороцкий утверждает, что «каждой стороне должны быть предоставлены одинаковые процессуальные возможности … стороны имеют полный паритет в их процессуальном вооружении, права истца и ответчика должны быть скоординированы и соответствовать друг другу»5.

На наш взгляд, не совсем корректным выводам относительно принципа процессуального равноправия в немалой мере способствует сама терминолоКозюк М.Н. Принцип простоты в праве: методологический анализ // Вестник Саратовской государственной академии права. 2006. № 4. С. 21.

Викут М.А. Проблема правового регулирования процессуального положения и деятельности сторон в советском гражданском судопроизводстве: автореф. дис. …д-ра юрид.

наук. Свердловск, 1971. С. 4.

Грибков Д.А. Исковая давность и сроки обращения в суд в гражданском судопроизводстве: дис. … канд. юрид. наук. М., 2009. С. 80–81.

Салеева Е.О. Указ. раб. С.146.

Гражданский процесс: учебник. 3 изд., перераб. и доп. / А.П. Вершинин [и др.]; под ред. В.А. Мусина, Н.А. Чечиной, Д.М. Чечота. М., 2001. С. 36 (автор § 2 гл. III – А.А. Ференс-Сороцкий).

гия закона. Как уже отмечалось, равноправие означает собственно равенство, т.е. полную одинаковость, тождественность именно прав. Таким образом, этим термином не охватывается равенство обязанностей. Кроме того, из-за не совсем адекватного наименования «под удар» ставится и сам принцип, поскольку и права сторон (специфические, т.е. присущие только сторонам – в основном же, только одной из них) не равны.

Выше уже приводилась точка зрения Э.М. Мурадьян об «избыточности» одного из принципов (равенства и равноправия). По замечанию С.Ф. Афанасьева, в отличие от России, некоторые страны континентальной Европы не различают принципы равенства и равноправия. Европейский Суд же рассматривает равенство через предоставление сторонам гражданского судопроизводства равных процессуальных прав и обязанностей, то есть здесь фактически говорится о начале равноправия в российском понимании1. Не стоит забывать и упомянутые сложности с самим разграничением указанных принципов.

В этой связи немалый интерес представляет также позиция С.Н. Федуловой, которой обосновывалась «неверность формулирования ст. Конституции Российской Федерации»2. По ее мнению, «в указанной статье наличествует объединение двух разных процессуальных принципов: равенства граждан перед законом и судом и процессуального равноправия сторон. Равенство сторон перед судом, под которым подразумевается, вероятно, равное отношение судей к процессуальным сторонам, без какого-либо предпочтения, оказываемого одной из сторон, вытекает из равенства перед судом всех граждан, установленного ст. 34 Конституции Российской ФедеСм.: Афанасьев С.Ф. Гражданский процесс России: учебник / под ред. М.А. Викут.

М., 2004. С. 253.

Федулова С.Н. Принципы гражданского процессуального права: понятие и нормативное закрепление: автореф. дис.... канд. юрид. наук. СПб., 1993. С. 12. Автор имеет в виду формулировку ст. 168 Конституции (Основного Закона) РФ – России, которая гласила: «Правосудие в РСФСР осуществляется на началах равенства сторон перед законом и судом». В редакции Закона РФ от 9 декабря 1992 г. №4061-1 она звучала уже иначе: «Правосудие в Российской Федерации осуществляется на началах состязательности и равенства сторон перед законом и судом».

рации». При этом С.Н. Федулова особо указывала, что «равенство сторон перед законом возможно не всегда. Каждая сторона, помимо действительно одинаковых прав (ознакомление с материалами дела, заявление отводов … и др.), имеет и свои специфические права. Поэтому правильнее говорить о равенстве перед законом и судом не сторон, а граждан»1.

Таким образом, С.Н. Федуловой полностью отрицалась возможность характеристики через понятие равенства процессуального положения именно сторон. Представляется, что это тоже не совсем верно. Понятие равенства в праве более широкое и универсальное понятие, чем понятие равноправия.

Таким образом, для более адекватного и четкого выражения содержания принципа следует изменить формулировки соответствующих статей Конституции России и отраслевых законодательных актов. Словосочетание «равноправие сторон» необходимо исключить, вести же речь следует о принципах 1) равенства перед законом и судом и 2) процессуального равенства сторон.

Кроме того, главное – не в установлении того, «соответствуют» ли друг другу те или иные специальные права сторон, «соотносятся» ли они, «корреспондируют» и т.п. Не столь важно и то, что именно (какое право или обязанность) и чему у другой стороны соответствует 2. Суть принципа процессуального равенства состоит именно в «процессуальном равновесии», паритете сторон.

При таком подходе отчетливо проявляется надуманность концепции «процессуального неравноправия» А.Ф. Воронова, что вовсе не означает отсутствия реальных проблем в области обеспечения действительного равенства сторон гражданского судопроизводства. Стоит согласиться с тем, что в области осуществления принципа равенства возникают трудности при описании имеющегося спектра аберрации и в некоторых статьях ГПК РФ содержится потенциальная угроза принципу равноправия сторон3.

Федулова С.Н. Указ. раб. С. 12.

Сахнова Т.В. Указ. раб. С. 334.

См.: Афанасьев С.Ф. Право на справедливое судебное разбирательство: общая характеристика и его реализация в российском гражданском судопроизводстве / под ред.

М.А. Викут. Саратов, 2009. С. 256, 266.

В сугубо процессуальном аспекте, однако, эти проблемы должны решаться посредством более тщательного составления текста закона, а также придания соответствующего характера повседневной судебной практике, в том числе с учетом широко используемой Конституционным Судом РФ доктрины «обеспечения справедливого баланса прав и интересов сторон».

ГЛАВА II. ОСНОВНЫЕ СРЕДСТВА ЗАЩИТЫ ОТВЕТЧИКА

Средства защиты ответчика, на наш взгляд, могут подразделяться на основные и дополнительные. Критерии отнесения их к тому или иному разряду различны. В число таких критериев включаются, например: распространенность признания данного средства защиты в литературе; закрепленность его в законодательстве; односторонний или двусторонний характер защитительной деятельности.

Так, к дополнительным средствам защиты ответчика относится заявление его о привлечении к участию в деле третьего лица на свою сторону и возложение ответственности по иску на третье лицо. Данный способ защиты, известный законодательству ряда стран, применительно к российскому праву может рассматриваться только de lege ferenda. Дополнительным средством защиты выступает и мировое соглашение, так как оно носит двусторонний характер.

К основным средствам защиты ответчика, по нашему мнению, относятся: отрицание; возражения – материально-правовые и процессуальные;

встречный иск. Об этих средствах и пойдет речь в настоящей главе.

§ 1. Отрицание как средство защиты ответчика против иска Отрицание как способ защиты ответчика против иска не получило общего признания. Научный анализ данного средства защиты практически отсутствует. Так, Е.В. Васьковский, выделяя отрицание среди средств защиты ответчика, утверждал, что внимания ему уделять вообще не стоит – оно «не требует особого рассмотрения»1. Нередко его называют «простым» или «голым» отрицанием. Это стало уже устойчивым словосочетанием, но в действительности «не так просто отрицание, как его малюют». По мнению Д.А. Хесина, «в настоящее время в правовой литературе большинство авторов не признают отрицание иска самостоятельным средством защиты ответВаськовский Е.В. Учебник гражданского процесса / под ред. и с предисл. В.А. Томсинова (по изд. 1917 г.). М., 2003.

чика в исковом производстве. Не существует работ, в которых должным образом исследуется данное защитительное действие»1.

Н.Т. Арапов некогда отмечая, что «по вопросу о признании отрицания самостоятельным средством защиты ответчика в … литературе имеются различные взгляды», напротив, утверждал, что «большинство процессуалистов … считают, что … ответчик может защищаться и отрицанием иска, не основанным на фактах, обосновывающих это отрицание»2. А.А. Добровольский писал, что «к процессуальным средствам защиты против иска обычно относят: 1) отрицание, 2) возражение, 3) встречный иск»3.

Отрицание как средство защиты упоминают М.Г. Авдюков, В.П. Воложанин и др.4 А.Ф. Клейнман к средствам защиты относил отрицание, возражение и встречный иск. По его мнению, «если ответчик отрицает предъявленное … исковое требование, то обязанность доказать факты, лежащие в основании иска, возлагается на истца. Но ответчик имеет право, не ограничиваясь отрицанием, привести мотивы … отрицания иска. Такое мотивированное отрицание при отсутствии требования ответчика к истцу называется возражением»5 (выделено нами. – А.Е.).

В.П. Чапурский утверждал, что для защиты против иска ответчик может не просто отрицать право истца, но противопоставить его требованиям факты, опровергающие иск по существу. Такие доводы называются возражеХесин Д.А. Средства защиты интересов ответчика в гражданском и арбитражном судопроизводствах // Арбитражный и гражданский процесс. 2004. №1. С. 9.

Арапов Н.Т. Встречный иск в советском гражданском процессуальном праве: дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 1964. С. 33.

Добровольский А.А. Исковая форма защиты права. Основные вопросы учения об иске. М., 1965. С. 38.

См., например: Воложанин В.П. Защита субъективных прав участниками гражданского процесса // Российский юридический журнал. 2006. №1. С. 142; Авдюков М.Г. Судебное решение. М., 1959. С. 39; Швейцер Д.В. Встречный иск // Социалистическая законность. 1957. № 1. С. 40; Орлова Л.М. Права сторон в гражданском процессе / науч. ред.

В.С. Тадевосян. Минск, 1973. С. 115, 120.

Клейнман А.Ф. Советский гражданский процесс. М., 1954. С. 161.

ниями1. М.А. Рожкова пишет, что «управомоченное лицо … вправе ограничиться одним лишь отрицанием фактов или правовых доводов»2.

Как считал М.А. Гурвич, «если истец доказательств основания иска не представляет, то ответчик вправе указать на это, ограничиваясь отрицанием соответствующих фактов. Таково так называемое отрицание факта, обязанность доказать которое лежит на истце». Отрицание, как правило, обосновывается доводами, приводимыми ответчиком, а также анализом и опровержением доказательств, представленных истцом. Кроме того, по мысли Гурвича, «отрицание фактов основания иска может подтвердиться приведенными ответчиком доказательственными фактами, не совместимыми с фактами основания иска … объяснения ответчика могут относиться и к правильному обоснованию истцом своих требований, касаться ссылок истца на законы и другие постановления, их смысла, значения и применения в данном случае»3.

При этом «от отрицания фактов и правовых доводов следует отличать те объяснения, которые сами основываются на юридических фактах, приводимых ответчиком. Такие объяснения называются возражениями в собственном, или тесном, смысле (… ст. 50 ГПК)»4.

Е.В. Васьковский писал, что возражением в широком смысле слова (Einwendung) называется каждый способ защиты ответчика против иска. Под это понятие можно подвести и простое отрицание, и юридическую аргументацию, и заявление отвода5. Однако «в тесном, техническом смысле слова под возражением … понимаются только такие фактические утверждения ответчика, которые, не опровергая основания иска, лишают исковое требование См.: Гражданский процесс / С.Н. Абрамов, В.П. Чапурский, З.И. Шкундин; под общ.

ред. С.Н. Абрамова. М., 1948. С. 176 (автор гл. X – В.П. Чапурский).

Рожкова М.А. Основные понятия арбитражного процессуального права. М., 2003.

С. 129-130; Ее же. Возражения (процессуальный и материальный аспект) // Вестник Высшего арбитражного суда. 2002. № 6. С. 105.

Советский гражданский процесс: учебник / А.Т. Боннер [и др.]; под ред. М.А Гурвича. 2-е изд., испр. и доп. М., 1975. С. 118 (автор гл. 10 – М.А. Гурвич).

Там же. С. 118–119. Практически дословно данная позиция приведена в более ранних изданиях: См.: Советский гражданский процесс / М.К. Воробьев [и др.]; под ред.

М.А. Гурвича. М., 1967. С. 139–140 (автор гл. X – М.А. Гурвич).

См.: Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. 2-е изд., перераб. М., 1917.

§ 74.

юридической силы … В этих случаях ответчик признает действительность фактов, приведенных истцом, и одновременно указывает на обстоятельства, которые сводят на нет исковое требование1.

В то же время, «опровергая иск по существу, ответчик может оспаривать юридическую сторону иска, доказывая, что истец ссылается на не относящиеся к данному случаю законы или неправильно толкует их. Эта чисто юридическая, не касающаяся фактических обстоятельств дела аргументация входит в состав доводов, которыми обмениваются стороны»2.

Мысль о «возражениях в собственном смысле» получила определенное признание 3. К примеру, Л. Анисимова писала, что «выделение среди способов защиты ответчика отрицания не вызывается практической необходимостью, а единая цель, которую преследует не признающий иска ответчик – опровергнуть иск и добиться решения об отказе в исковых требованиях – позволяет объединить и отрицание, и возражение в собственном смысле этого понятия под единым термином возражение» (курсив наш. – А.Е.).

По сути возражения против заявленных требований представляют собой отрицание или опровержение фактов, заложенных в основу иска или правового вывода, к которому приходит истец (ответчик возражает против фактической или правовой обоснованности иска). Принимая во внимание данное обстоятельство, материально-правовые возражения можно классифицировать на: отрицание фактов и правовых доводов и возражения.

К отрицанию фактов ответчик прибегает в случаях, когда истец не представляет доказательств основания иска. Отрицание правовых доводов может касаться ссылок истца на нормативные правовые акты, их смысл, знаСм.: Васьковский Е.В. Указ. раб. § 74.



Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |
Похожие работы:

«УДК 511.3 Абросимова Альбина Андреевна РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ТОЧЕК НА МНОГОМЕРНЫХ ЦВЕТНЫХ ТОРАХ Специальность 01. 01. 06 — математическая логика, алгебра и теория чисел ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата физико-математических наук...»

«Бударина Наталья Викторовна Метрическая теория совместных диофантовых приближений в полях действительных, комплексных и p-адических чисел Специальность 01.01.06 – математическая логика, алгебра и теория чисел Диссертация на соискание ученой степени доктора физико-математических наук Научный консультант : профессор,...»

«САЙТАЕВА Татьяна Ильинична ЯЗЫКОВАЯ ПРИРОДА СОЦИАЛЬНЫХ СТЕРЕОТИПОВ 09.00.11 – социальная философия Диссертация На соискание ученой степени Кандидата философских наук Научный руководитель : доктор философских наук, профессор О.Н. Бушмакина. Ижевск 2006 СОДЕРЖАНИЕ Введение.. ГЛАВА I. Стереотипизация социальной...»

«БИКСОЛТ АЛЕКСАНДРА МОИСЕЕВНА ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ МЕХАНИЗМЫ ОГРАНИЧЕНИЯ КУРЕНИЯ ТАБАКА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 14.02.03. Общественное здоровье и здравоохранение Диссертация на соискание ученой степени кандидата медицинских наук Научный руководитель : академик...»

«БЫВШЕВ Владимир Игоревич УПРАВЛЕНИЕ КАЧЕСТВОМ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УСЛУГ НА ОСНОВЕ СТАТИСТИЧЕСКИХ МЕТОДОВ КОНТРОЛЯ Специальность 08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством (стандартизация и управление качеством продукции) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата экономических наук Научный руководитель :...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ “ВОРОНЕЖСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ” ИВАНОВА КСЕНИЯ ГЕОРГИЕВНА УПРАВЛЕНИЕ ПОРТФЕЛЕМ ЦЕННЫХ БУМАГ НА ОСНОВЕ D-ОЦЕНОК РУССМАНА И НЕЙРОСЕТЕВОГО МОДЕЛИРОВАНИЯ специальность 08.00.13 – Математические и инструментальные методы экономики ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата экономических наук Научный руководитель : доктор физико-математических наук,...»

«ДУБЦОВ Евгений Сергеевич ПЛЮРИГАРМОНИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ФУРЬЕ И ТЕОРИЯ ФУНКЦИЙ 01.01.01 — математический анализ ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора физико-математических наук Санкт-Петербург 2004 Содержание Введение 4 Основные обозначения и определения 10 Работы автора по теме диссертации 1 Глава 1. Плюригармонический анализ мер 1.1. Меры Хенкина 1.2. Плюригармонические меры и сингулярные множества 1.3. Плюригармонические...»

«РЫЧКОВ ДМИТРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ СОЗДАНИЕ МОДЕЛИ ПРОМЫСЛОВОЙ ПОДГОТОВКИ УГЛЕВОДОРОДНОГО СЫРЬЯ ДЛЯ ПРОЕКТИРОВАНИЯ И АНАЛИЗА РАЗРАБОТКИ НЕФТЕГАЗОКОНДЕНСАТНЫХ МЕСТОРОЖДЕНИЙ Специальность 25.00.17 – Разработка и эксплуатация нефтяных и газовых месторождений Диссертация на соискание учёной степени кандидата технических наук Научный руководитель кандидат технических наук, Нестеренко Александр Николаевич. Тюмень –...»

«ТЕЛЯТНИКОВ Михаил Юрьевич ОСОБЕННОСТИ РАСНРЕДЕЛЕНИЯ ТУНДРОВОЙ РАСТИТЕЛЬНОСТИ СИБИРСКОГО СЕКТОРА АРКТИКИ 03.00.05 - Ботаника! 03.00.1|б - Экология ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора биологических наук Научный консультант д.б.н. проф. В.Н. Седельнико'р Новосибирск - Оглавление Введение Глава 1. Природные условия ** 1.1. Рельеф и геология Сибирской Арктики 1.2. Климат...»

«Артюшина Анна Владимировна Сетевые взаимодействия в условиях конкуренции за ресурсы на примере молекулярно-биологических лабораторий в России и США Специальность 22.00.03 Экономическая социология и демография Диссертация на соискание ученой степени кандидата социологических наук Научный руководитель : д.э.н.,...»

«ШАРТАНОВА НАТАЛИЯ ВАЛЕРЬЕВНА Аллергия и спорт Диссертация на соискание ученой степени доктора медицинских наук по специальности 14.03.09 – клиническая иммунология, аллергология Научный консультант : доктор медицинских наук, профессор Лусс Л.В. Москва, 2013 г. СОДЕРЖАНИЕ стр. Список сокращений Введение Актуальность работы Глава 1....»

«ЗАВАЛЬНЮК ВЛАДИМИР ВИКТОРОВИЧ УДК 538.913, 538.931, 538.951, 538.953 КОЛЕБАТЕЛЬНЫЕ ВОЗБУЖДЕНИЯ В ГРАФЕНЕ И УГЛЕРОДНЫХ НАНОТРУБКАХ С ТОЧЕЧНЫМИ ДЕФЕКТАМИ Специальность 01.04.02 - Теоретическая физика Диссертация на соискание ученой степени кандидата физико-математических наук Научный руководитель – доктор физико-математических наук, профессор Адамян Вадим Мовсесович...»

«Чечулин Виктор Львович МЕТОДИКА АВТОМАТИЗАЦИИ УПРАВЛЕНИЯ ДЛИТЕЛЬНОСТЬЮ ПРОЦЕССА ВАКУУМНОЙ СЕПАРАЦИИ ГУБЧАТОГО ТИТАНА И ЕЁ ОБОБЩЕНИЕ 05.13.06 – Автоматизация и управление технологическими процессами и производствами (в промышленности) Диссертация на соискание ученой степени кандидата технических наук Научный руководитель : Русаков С. В., д. ф.-м. н., профессор Пермь. | Содержание Введение Глава 1....»

«Панкратов Александр Валерьевич ПРАКТИЧЕСКОЕ И ОБЫДЕННОЕ МЫШЛЕНИЕ: ПОЛИОПОСРЕДОВАННОСТЬ, СУБЪЕКТНОСТЬ И СТРАТЕГИЧНОСТЬ 19.00.01 — общая психология, психология личности, история психологии Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный руководитель : кандидат психологических наук, профессор Корнилов Ю.К. Ярославль СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ Глава 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПРОБЛЕМЫ 1.1. Развитие...»

«Стрельцов Сергей Владимирович УДК 621.86.01:62.592.2 ОБОСНОВАНИЕ СТРУКТУРЫ И СИЛОВЫХ ПАРАМЕТРОВ ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНОЙ СИСТЕМЫ ТОРМОЖЕНИЯ КРАНА ПРОЛЕТНОГО ТИПА НА РЕЛЬСОВОМ ХОДУ Специальность 05.05.04...»

«Кальной Павел Станиславович Клинико-экспериментальное обоснование реконструктивных операций на митральном клапане при дегенеративной патологии 14.01.26 Сердечно-сосудистая хирургия Диссертация на соискание учёной степени кандидата медицинских наук НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ: доктор медицинских наук профессор Идов Эдуард Михайлович Москва 2014 г. ОГЛАВЛЕНИЕ СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ 3 ВВЕДЕНИЕ 4 Глава 1. РЕКОНСТРУКТИВНАЯ...»

«ИЗ ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Бокова, Светлана Владимировна Особенности проектирования влагозащитной спецодежды для работников автосервиса Москва Российская государственная библиотека diss.rsl.ru 2006 Бокова, Светлана Владимировна Особенности проектирования влагозащитной спецодежды для работников автосервиса : [Электронный ресурс] : Дис. . канд. техн. наук  : 05.19.04. ­ Шахты: РГБ, 2005 (Из фондов Российской Государственной Библиотеки) Технология швейных изделий...»

«Азаров Дмитрий Васильевич КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ РЕГИОНАЛЬНОГО ПАРЛАМЕНТСКОГО КОНТРОЛЯ КАК МЕХАНИЗМА ОБЕСПЕЧЕНИЯ РАЗДЕЛЕНИЯ И ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ВЛАСТЕЙ В СУБЪЕКТАХ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Специальность 12.00.02 - конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право Диссертация на...»

«Варюшина Елена Анатольевна ПРОВОСПАЛИТЕЛЬНЫЕ ЦИТОКИНЫ В РЕГУЛЯЦИИ ПРОЦЕССОВ ВОСПАЛЕНИЯ И РЕПАРАЦИИ 03.03.03 – иммунология Диссертация на соискание ученой степени доктора биологических наук Научные консультанты: доктор медицинских наук, профессор А.С. Симбирцев доктор биологических наук Г.О. Гудима...»

«УДК 800.1 Еливанова Мария Анатольевна ФОРМИРОВАНИЕ КАТЕГОРИИ ЛОКАТИВНОСТИ В ЯЗЫКОВОЙ СИСТЕМЕ ДЕТЕЙ ДОШКОЛЬНОГО ВОЗРАСТА Специальность 10.02.19 – теория языка Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель : доктор филологических наук, профессор С. Н. Цейтлин Санкт-Петербург 2004 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ Реферируемая диссертация посвящена исследованию...»






 
2014 www.av.disus.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.