WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:     || 2 | 3 |

«В форуме Исследования феномена родства приняли участие: Ольга Юрьевна Артемова (Институт этнологии и антропологии РАН / Российский государственный гуманитарный университет, Москва) Юлия Александровна Артемова ...»

-- [ Страница 1 ] --

№ 15 8

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

В форуме «Исследования феномена родства» приняли участие:

Ольга Юрьевна Артемова (Институт этнологии и антропологии РАН /

Российский государственный гуманитарный университет, Москва)

Юлия Александровна Артемова (Российский государственный гуманитарный

университет, Москва) Павел Людвигович Белков (Музей антропологии и этнографии (Кунсткамера) РАН, Санкт-Петербург) Алексей Алексеевич Бурыкин (Институт лингвистических исследований РАН, Санкт-Петербург) Герман Валентинович Дзибель (Публисис США, Нью Йорк / Большая Российская энциклопедия, Москва) Алексей Вадимович Иванов (Российский государственный гуманитарный университет, Москва) Борис Николаевич Казаченко (Научно-исследовательский институт и Музей антропологии Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова) Анастасия Валерьевна Калюта (Российский этнографический музей, СанктПетербург) Дэвид Кроненфельд (David B. Kronenfeld) (Университет Калифорнии, Риверсайд, США) Сергей Всеволодович Кулланда (Институт востоковедения РАН, Москва) Анна Юрьевна Москвитина (Сиим) (Музей антропологии этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН, Санкт-Петербург) Владимир Александрович Попов (Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН, Санкт-Петербург / Санкт-Петербургский государственный университет) Дуайт Рид (Dwight W. Read)(Университет Калифорнии, Лос-Анджелес, США) Михаил Анатольевич Членов (Государственная классическая академия им. Маймонида, Москва) Андрей Васильевич Шабашов (Одесский национальный университет им. И.И. Мечникова) Фадва Эль Гуинди (Fadwa El Guindi) (Катарский университет, Доха, Катар) 9 ФОРУМ Исследования феномена родства

ВОПРОСЫ РЕДКОЛЛЕГИИ

В этом выпуске мы проводим обсуждение вопросов изучения родства. В течение долгого времени оно находилось в центре внимания этнографов и антропологов. Более того, проблематика изучения родства была своего рода визитной карточкой социальной антропологии. Если другие традиционно этнографические темы (обряды, реалии материальной культуры и др.) привлекали внимание представителей разных дисциплин (социологов, археологов, историков культуры), то системы родства были почти исключительно этнографической проблематикой. Естественно, поскольку изучение систем родства во многом основывалось на терминологии родства, ею занимались и лингвисты, которые вместе с антропологами составили сообщество специалистов в этой области.

Произошедшее во второй половине прошлого века кардинальное изменение взглядов на соотношение биологического и культурного (в том числе и применительно к отношениям родства), переориентация антропологии с проблем реконструкции ранних состояний социальных отношений на описание современных процессов и некоторые № 15

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

другие причины привели к тому, что исследование систем родства перестало ассоциироваться с мейнстримом антропологического знания. Как и во всякой сравнительно обособленной области, здесь сложились свои устойчивые авторитеты, предпочтения, практики научной жизни. Наша цель — попытаться сделать более открытыми споры, ведущиеся в этом сообществе. Предмет этих споров не ограничивается рамками собственно родства, а представляет несомненный интерес для антропологии в целом. Нам хотелось обсудить ситуацию, сложившуюся в области изучения отношений родства, для чего мы обратились ко всем заинтересованным в такой дискуссии с предложением дать развернутые ответы на следующие вопросы1:

Чем, с вашей точки зрения, объясняется кризис в антропологии 1 родства во второй половине ХХ в.?

Каковы объективные и субъективные препятствия на пути познания феномена родства?

В чем причина разногласий лингвистов и социальных антропологов при подходе к изучению номенклатур родства (систем терминов родства)?

Каково ваше отношение к алгебраизации и геометризации антропологии родства?

Какие проблемы антропологии родства вам представляются наиболее значимыми и перспективными для изучения?

Редколлегия благодарна Владимиру Попову за активное участие в организации дискуссии и подготовку вопросов для обсуждения.

11 ФОРУМ Исследования феномена родства

ОЛЬГА АРТЕМОВА

Я не стала бы говорить о кризисе в изучении 1 родства, скорее можно было бы говорить о кардинальном изменении тематики социоантропологических штудий в целом.

Ослаб интерес к классической проблематике, связанной с бесписьменными культурами, а именно в них родство является структурообразующим началом всей социальной жизни. Это можно считать закономерным этому поводу, так как понимание основ социального взаимодействия в так называемых простых обществах, я бы сказала, в обществах, сформировавшихся спонтанным, найденных и тысячелетиями проверявшихся решений всевозможных задач социального взаимодействия, представляется мне Институт этнологии и антропологии РАН / Российский государственный кризисов. В наш век близорукого прагмагуманитарный университет, Москва

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

специалистов, получивших неплохое образование. Но все же есть люди, которые готовы продолжать заниматься немодными, непопулярными, трудными, но увлекательными фундаментальными исследованиями, в том числе и связанными с изучением родства. А науку движут вперед всегда лишь талантливые одиночки, которые несколько «не от мира сего».



Кроме того, важно помнить, что в первой половине прошлого века и в его середине был сделан рывок в теоретическом осмыслении структурных основ наиболее непонятных, экзотических, «странных» систем родства (Рэдклифф-Браун, ЛевиСтрос, Фокс и др.). Ключи для проникновения в пространство «странностей» были подобраны, оставалось только умело ими пользоваться и уточнять конкретные особенности, варианты локальных систем родства, чем многие этнологи (социальные антропологи) продолжали заниматься вплоть до начала нашего столетия, и мне известны весьма ценные труды по системам родства коренных австралийцев и их трансформации под влиянием европейской культуры. Еще в большей мере это, очевидно, относится к этнологическому изучению традиционных культур Индии и ряда других стран третьего мира.

Наверное, можно было бы указать на некоторую головоломность и в то же время сухость самого предмета, по крайней мере при том концептуальном и терминологическом аппарате, которым принято пользоваться в международной этнологии.

Не могу удержаться от упрека корифеям в этой области, мне кажется, что они сознательно или бессознательно усложняют свой язык и научный аппарат, превращая сферу изучения родства в какую-то эзотерику, что вовсе не оправданно.

Я бы не стала говорить о разногласиях, скорее речь могла бы 3 идти об отсутствии настоящего, пристального внимания и подлинного интереса к достижениям друг друга и — как следствие — о взаимном непонимании. Но это ведь не только беда тех, кто изучает терминологии родства, даже в пределах одной области знания мы плохо осведомлены о том, что делают наши коллеги, даже книг близких друзей порой не читаем… А постоянно возрастающий поток информации, невероятное множество публикаций нас в этом как бы оправдывают: мол, все равно не угонишься, свое бы сделать: написать и опубликовать.

Мое отношение немного насмешливое, ироничное. «Алгебра 4 родства» мне представляется всего лишь удачной и броской метафорой, подчеркивающей сложность, порой искусственно усиленную узкими специалистами, предмета изучения. «Геометрия» же родства не может претендовать даже на роль хорошей метафоры, так как в ней нет уже свежести, оригинальности.

Исследования феномена родства в лучших примерах структурно-функционального анализа реальных систем родства, как в эгоцентрической (номенклатуры десцент) перспективах, нет ничего ни от алгебры, ни от геометрии. На мой взгляд, те из наших коллег, кто претендует на «алгебраизацию» или «геометризацию», несколько «модничают» и рисуются, забывая, быть может, что их роль в изучении Абсолютно все проблемы, которые ставит перед нами конкретный этнографический материал. Если же потребовалось бы были бы следующие. Почему в одних обществах превалировало матрилинейное преемство прав, а в других патрилинейное?

сформировались и до сих пор существуют общества с преобладанием матрилинейного преемства прав? Как практически и матрилокальностью брачного поселения, коль скоро принято считать, что в них все равно все ведущие роли играли и играют лица мужского пола?

дислокальности брачного поселения или отсутствии брака вообще, как это когда-то вроде бы было у касты наяров Малабарского берега Индии. Из известных мне этнографических описаний реальный жизненный процесс при матрилинейности и матрилокальности не явствует, по крайней мере не укладывается в мое воображение. Было бы крайне интересно самой кланы, линиджи, номенклатуры) в условиях замкнутых группировок, существующих в современных индустриальных обществах — криминальных, эмигрантских, конфессиональных в этнографической реальности, а то они скорее констатируются как статичные системы, нежели представляются как динамичные инструменты, использующиеся в социальном пространстве. Хотелось бы написать об этом по собственным счастливилось быть включенной в родственные круги двух современных поселений, все еще пользующихся классифицирующими номенклатурами родства. «Работа есть работа, работа есть всегда, хватило б только пота на все мои года».

ЮЛИЯ АРТЕМОВА

2 для его системы терминологии служат биологические или квазибиологические отношения. Разнообразие форм, которые принимает этот институт в разных уголках земного шара, также составляет препятствие на 4 пока недостаточно. Геометризация предполагает в дальнейшем разграничение планиметризации и стереометризации родства, Российский государственный гуманитарный университет, Москва Исследования феномена родства

ПАВЕЛ БЕЛКОВ

методов других наук. В качестве кандидатуры на роль метаязыка этнографии антропология ничем не отличается от исторического материализма, запрещавшего этнологии Павел Людвигович Белков Музей антропологии и этнографии (Кунсткамера) РАН, и работой антрополога» [Инголд 2009: 10].

Санкт-Петербург Pavel.Belkov@kunstkamera.ru

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

ни собственных теоретических объектов. Следует заметить, что эти строки взяты из предисловия к довольно известной книге Алана Барнарда, которая позиционируется как учебник по социальной антропологии.

Можно сказать, что в первой половине XX в. ученые, называющие себя антропологами (социальными или культурными), еще помнили себя как этнологов; во второй половине XX в. ситуация постепенно изменилась по мере стирания памяти об этнологии, или этнографии, как «прародине» нефизической Такой исход событий можно было предвидеть. В 1958 г. в своем письме на страницах журнала “Science” Лесли Уайт пытался напомнить коллегам о том, что антропология (в его понимании объединяющая этнологию и археологию) по своему происхождению является «наукой о культуре». Напомнить, поскольку «многие “культурные” антропологи обратились к некультурологическим, психологическим, психоаналитическим и социологическим (фокусирующимся на социальных отношениях между человеческими существами) проблемам» [White 1958:

1246]. По своему содержанию это и другие высказывания Л. Уайта на заданную тему представляют собой констатацию Объяснение этого кризиса позже было дано в статье В.Н. Басилова, опубликованной в «Этнографическом обозрении» в четвертом номере за 1992 г. По его наблюдениям, при Ю.В. Бромлее идея развития гибридных дисциплин — этносоциологии, этнолингвистики, этнопсихологии, этноэкономики, этноботаники и т.п. — возникла из убеждения, что этнография сама по себе «неспособна дать солидные научные результаты» [Басилов 1992: 8]. Таким образом, кризисная ситуация сложилась практически одновременно (примерно в 1950–1960-е гг.) как в отечественной, так и в западной науке, и связано это с отсутствием видимых результатов. Впрочем, и в последующие годы определенные результаты, по-видимому, все-таки достигались (по принципу «“антропология” пишем, “этнология” — в уме»), но не фиксировались как общезначимые.

В связи с этим можно отметить, что работы Тайлора, Моргана, Гребнера, Малиновского, Рэдклифф-Брауна приносили результаты — эволюционную теорию, теорию культурных кругов или теорию функциональной связи элементов культуры — именно благодаря тому, что их авторы не подвергали сомнению существование традиционной культуры как особого предмета исследования. Отбрасывание этих теорий произошло не потому, что в каждой из них отсутствует рациональное зерно, а потому, что представители нового поколения, вероятно, Исследования феномена родства терминов данной теории. Объектную теорию вообще невозможно описать посредством другой объектной теории, для ученые») в качестве метатеории гораздо чаще принимают собственную объектную теорию. В этом случае чужая теория неизбежно приобретает вид по меньшей мере анахронизма.

именно путем создания собственного объектного языка, выдавая его за метаязык. Труд К. Леви-Строса «Элементарные структуры родства» (1949) иногда называют «великолепной неудачей». На самом деле, как показало время, его опыт был на основе предпочтительных форм брака (т.е. обмена женщинами между локальными группами), ныне почти не принято упоминать. В то же время соответствующие им понятия генерализованного и ограниченного обмена женщинами весьма 1953] как выражение недоумения по поводу ненужных обобщений и искусственных реинтерпретаций в исследованиях по был гласом вопиющего в пустыне, хотя он опирался на реальные факты, а его оппонент не смог даже внятно объяснить, в чем заключается преимущество идеи, в обязательном порядке предписывающей считать брата матери не родственником, В настоящее время существует неизвестным образом возникшая договоренность, согласно которой антропологи, специализирующиеся на изучении родства, по направлению «интереса», или по «акценту», якобы должны делиться на «теоретиков десцента» и «теоретиков альянса». Теория десцента связывается с именем А.Р. Рэдклифф-Брауна, теория альянса — с именем К. Леви-Строса. И то и другое неверно. К тому же непонятно, как проводить исследования на основе такого разделения. Хорошо известно, что в классификационных системах родства работает принцип эквивалентности отношений родства и свойства, т.е. термины свойства отсутствуют как таковые.

Самое забавное в том, что авторы, считающие разумным противопоставление теории десцента и теории альянса, при опиА Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ сании последней приводят схемы родства («элементарные структуры родства»), которые являются всего лишь модификацией идеи А.Р. Рэдклифф-Брауна [Барнард 2009: 160–165].

Итак, содержанием кризиса в «антропологии родства» является отсутствие видимых результатов (или незнание путей их достижения). Отвечая на другие вопросы, можно попытаться определить причины этого кризиса. Основным препятствием в изучении систем родства, объективным и субъективным, является тот факт, что системы родства не преподаются как предмет исследования (с фольклором дела обстоят едва ли не хуже).

О каком преподавании может идти речь, если профессор не в состоянии отличить уровень собственных знаний от уровня знаний своих студентов? Возможно, Т. Инголд не это имел Кроме того, в силу обозначенных обстоятельств происходит стирание границ между профессионалами и дилетантами, их слияние в массу «интересующихся». Наука — вещь жестокая.

Далеко не всем удается внести свое имя в историю без инициалов. Теперь все равны, нет ни предшественников, ни последователей. Если к всеобщему удовольствию договориться, что общей парадигмы по определению быть не может, каждый волен создать свою персональную «парадигму» наряду со сколь угодно большим числом других, из которых можно создавать очень красивые мозаики, т.е. новые «парадигмы».

Преподавать «этнографию родства» — это значит обучать студентов методам построения схем родства на основе данных по терминологиям родства и их практическому использованию носителями культуры при контактах с различными индивидами или группами индивидов. Аналогичным образом преподавать «этнографию фольклора» можно только одним способом — передачей навыков табулирования фольклорного материала. В известном смысле этнография и есть объединение элементов двух упомянутых множеств.

В российских университетах такие курсы отсутствуют ввиду запретов, налагаемых той или иной господствующей методикой или тем или иным экстранаучным предубеждением. В западных университетах подобных запретов, вероятно, существует меньше, поэтому, например, умение строить («читать и рисовать») диаграммы родства все-таки рассматривается как ключ к профессиональному овладению материалом [Барнард 2009:

Как кажется, нельзя прямо ставить вопрос о разногласиях 3 «лингвистов» и «социальных антропологов» по поводу изучения номенклатур родства, или систем терминов родства. ИзуФОРУМ Исследования феномена родства которая сводится прежде всего к этимологии, семантике и фонетическому развитию терминов родства как явлений языка.

Предметом исследования этнографии являются системы родства. На языке математики систему родства можно определить как упорядоченную тройку, или кортеж, объектов, где терминологию родства (точнее, семантику родства) можно уподобить области определения, локальную (семейную) организацию — области значений, а диаграммы родства — множеству случае диаграмма (формула) родства — это закон, который ставит в соответствие тому или иному элементу терминологии (социальной организации) при условии, что отображение одного множества на другое стремится к взаимооднозначности.

Другими словами, речь идет об отображении множества образов действий на множество их реализаций в повседневном поведении людей. Эту зависимость опять-таки можно изобразить системы родства N, а в том, чтобы посредством анализа полученных диаграмм выяснить, как они работают в реальности, 4 исследований по системам родства, надо иметь в виду условность этих обозначений. «Алгебра родства» как научное направление представляет собой псевдолингвистический подход ществления реляционного подхода к организации баз данных, который опять-таки требует владения специальной теорией.

В настоящее время создана (создается) такая база данных по австралийским терминологиям родства, насчитывающая десятки тысяч терминов (245 диалектов, 345 источников) [Dousset et al. 2010: 42–56]. Однако ничего не известно о подобных проектах в рамках «алгебры родства», если не считать таковым несколько выпусков одноименного альманаха.

Понятие геометрического кода в указанном контексте также нуждается в некоторых оговорках в том плане, что к геометрии оно имеет опосредствованное отношение. Модификации диаграмм родства А.Р. Рэдклифф-Брауна, опубликованные в последних номерах «Антропологического форума», представляют скорее вылазку в область топологии или теории графов.

Данные диаграммы не являются геометрическими фигурами в узком смысле слова. Это скорее топологии, или графы (топология как дисциплина является обобщением геометрии). Если алгебраизация изучения систем родства возможна, то, вероятно, средствами алгебраической топологии, в то время как на повестке дня усвоение основных понятий общей топологии.

Следует также подчеркнуть, что рассматриваемые диаграммы относятся к семейству графов «утолщенное дерево» с элементами графа «решетка». На этом основании можно ввести понятие графа «решетчатое утолщенное дерево» или даже выделить особый вид графа «классификационное родство».

Интересно, что изобретение топологии (графа) «утолщенное дерево», в которой в отличие от классической топологии «дерево» связи между узлами на разных уровнях различаются по «толщине», обычно приписывается Ч. Лейзерсону: знак «утолщенное дерево» лучше отвечает идее реального дерева в отношении естественного изменения сечения ветвей от листьев к стволу [Leiserson 1985: 982]. Данное свойство увеличения / уменьшения «толщины» ветвей графа коррелирует с реальными межпоколенными изменениями в «толщине» линий родства. Диаграммы систем родства кариера и аранда, опубликованные А.Р. Рэдклифф-Брауном еще в 1913 г., являют собой как раз первые из известных вариантов графа «утолщенное дерево» (как представляется, с элементами графа «шина»). Отличие состоит в том, что диаграммы родства представляют собой ориентированный граф, в котором отличны по своим свойствам не только дуги (генеалогические связи), но и соединяемые ими вершины (ячейки родства).

Вопрос о значимых и перспективных проблемах в области изучения систем родства следовало бы переформулировать с точки зрения вопроса о соотношении понятий «задача» и «проблеФОРУМ Исследования феномена родства ма». В этом плане наиболее привлекательно выглядит научнофилософская концепция, согласно которой теории являются результатом решения не проблем, а конкретных задач (т.е. реальных научных загадок), когда проблема возникает как следствие теории, как способ ее интерпретации: «Наука занята решением не проблем, а задач. Решить проблему — это значит острова Амбрим, к какому типу относится система родства народа унгариньин в Австралии, как возникают системы родства Зная историю исследования систем родства, трудно рассчитывать, что бесконечные дискуссии на отвлеченные темы по и латеральности», «лингвистического и этнографического подхода» хоть в какой-то мере могут приблизить науку к решению упомянутых задач, т.е. к самой себе. Если же мы сосредоточимся на решении задач, которые ставит перед нами сама этнографическая реальность, мы по крайней мере сможем понять, что так называемое мифологическое мышление («народное знание») сугубо топологично не только в сфере родства, но и в сфере мифа как такового, ибо в основе и того и другого лежит идея непрерывности. С этой точки зрения «миф» и «социум» представляют собой топологически эквивалентные пространства. При так называемом сужении функции картина меняется. Неудачи, связанные с попытками переключить внимание с изучения родства как терминологической системы на объясняются, вероятно, тем, что отображение множества «социальные отношения» на множество «терминология родства»

не является гомеоморфным отображением, т.е. будучи взаимно однозначным, оно, как кажется, не выступает взаимно непрерывным.

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

Инголд Т. Предисловие // Барнард А. Социальная антропология: исследуя социальную жизнь людей. М.: Институт этнологии Dousset L., Hendery R., Bowern C., Koch H., McConvell P. Developing a Database for Australian Indigenous Kinship Terminology: the AustKin project // Australian Aboriginal Studies. 2010. No. 1.

Dumont L. The Dravidian Kinship Terminology as an Expression of Marriage // Man. 1953. Vol. 53. No. 53–71. P. 34–39.

Leiserson Ch.E. Fat-Trees: Universal Networks for Hardware-Efficient Radcliffe-Brown A.R. Dravidian Kinship Terminology // Man. 1953. Vol. 53.

Read D.W. Another Look at Kinship: Reasons Why a Paradigm Shift is White L.A. Culturology // Science. 1958. Vol. 128. No. 3334. P. 1246.

АЛЕКСЕЙ БУРЫКИН

а вопросу формального представления отношений между позициями или функциями родства и терминами, т.е. номенклатурой родства, приняла нешуточный характер. Как можно понять из высказываний Алексей Алексеевич Бурыкин Институт лингвистических собственной историей, а также касается исследований РАН, Санкт-Петербург albury@rambler.ru Исследования феномена родства Система лексических единиц, наименований объектов — безразлично, как она устроена и о каком языке идет речь, — устроен человеческий язык, т.е. любой естественный язык отвечает этим условиям. Это значит, что в любой системе родства и в любой системе терминов родства будут присутствовать такие свойства, которые не распространяются на номинируемую родства связываться с определенными социальными отношениями и структурами, этикетом и т.д.

В первом приближении сказанное здесь означает катастрофический для геометрии родства факт — за квадратиками со словами и линиями кроется лишь малая часть смысловых отношений между вписанными в квадратики словами, поскольку отношения родства как социокультурный феномен подобным и социологи. Для лингвистов следствие из сказанного заключено в том, что слова языка неоднозначны, полисемия слов — лингвистическая универсалия, такая же, как противопоставление гласных и согласных. Не существует — ни в Австралии, ни Язык и общество — самостоятельные сущности, они развиваются по своим законам, и вряд ли кто-то станет спорить, что язык и общество изменяются несинхронно во времени и в разных направлениях. Система номинаций предметов материальной культуры, объектов духовной культуры, компонентов социальной организации, в том числе отношений родства, изменяется медленнее, нежели система социальных отношений пользователей отношениями родства, по существу, нет корреляций или эти корреляции носят в лучшем случае систематизирующий, упорядочивающий характер.

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

Это утверждение должно было бы нанести сокрушительный удар по тем, кто видит за отношениями родства отношения терминов родства, но такого не происходит, авторы статей альманаха «Алгебра родства», занимающиеся описанием систем терминов родства и извлекающие из них особенности выстраивания систем родства, отдают себе отчет в специфике своего Странно, что П.Л. Белков не осознает специфику лингвистического феномена системы терминов родства как системы единиц языка в синхронии и диахронии. П.Л. Белков пытается связать свое изложение с иными лингвистическими аксиомами и пишет: «На языке семиотики для лингвиста содержанием является семантика и / или сигматика, а для этнографа — прагматика» [Белков 2011: 368]. Замечательно. Но, похоже, пишущему не вполне известно, что прагматика давно стала лингвистической категорией и лингвисты отличают реальную прагматику от гипотетической, наподобие той прагматики, что изображена в романе Ильфа и Петрова: «Это яйца. Раз яйца существуют, то должен же кто-нибудь их есть?»

П.Л. Белков, ссылаясь на отдельные пассажи моей статьи, пытается убедить своих читателей в том, что А.А. Бурыкин отрицает научный статус этнографии. Он пишет: «В университете меня учили: этнография и лингвистика — разные науки» [Белков 2011: 367], а далее: «целый ряд высказываний, из которых видно прежде всего то, что А.А. Бурыкин вообще не считает этнографию наукой, во всяком случае наукой, имеющей развитый понятийный аппарат» [Белков 2011: 374]. Я позволю себе с этим не согласиться. Пафос многих сентенций моей статьи обращен к П.Л. Белкову как этнографу: Павел Людвигович, сделайте любезность, покажите мне, что именно стоит за словами, выкрашенными в разные цвета и связанными друг с другом линиями, какая именно общественная реальность стоит за ними в полном объеме — об отношениях, вытекающих из разницы по признакам пола и поколения, мы сами какнибудь догадаемся, а вот что касается всех остальных связей — тут ответа нет. Чтобы связать предмет дискуссии с этнографической реальностью, хочется задать П.Л. Белкову ряд конкретных вопросов.

Вопрос первый: если в США рядом живут две семьи, одна из которых имеет английские, а другая ирландские корни, то может ли быть прослежен контраст между германской и кельтской системами родства? Этнография родства, как можно понять П.Л. Белкова, в состоянии это сделать, это две разные Исследования феномена родства Вопрос второй: чем будут отличаться отношения родства в чилийской и венесуэльской семьях, если в обеих говорят поиспански? Допустим и поверим, что системы родства среди испаноговорящих старожилов Нового Света еще не сложились. Или: что можно сказать о системах родства якутов и долган или системах родства верхнеколымских и нижнеколымских юкагиров, если в них состав терминов родства различен, интерперсональные отношения внутри семьи, т.е. те же системы родства, так похожи при колоссальном различии языков Вопрос четвертый: у чукчей одни и те же термины родства используются и в отношениях внутри семьи, и в отношениях не имеющие собственного языка. Как формализовать, например, систему терминов родства евреев середины XX в., не владеющих ни идиш, ни ивритом? Вот он, случай из анекдота про в которых выступает язык, не являющийся родным ни для одного из супругов — русский, английский, какой угодно. Можно, конечно, сказать, что отношения родства тут определяются авторы известной гипотезы об обусловленности фактов культуры языком. Но вот согласится ли с этим широкая научная поведения людей, как говорили в старину, “нравов и обычаев”» [Белков 2011: 368]. Ах это нравы и обычаи, сопровождающиеся употреблениями терминов родства. Как это мило т.е. социальные отношения позапрошлого века вносятся в новую реальность, потому что любители старины извлекли соотА Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ ветствующие слова и выражения из покрытого плесенью словаря… А теперь перейдем к ответам на предложенные вопросы.

Налицо конфликты — прежде всего между классиками, вписавшими родственные отношения в философию истории (для этнографии — это Морган, для философии — Энгельс), и той разнообразной реальностью, которая повсеместно наблюдается и проявляется в наши дни. Выяснилось, что уровень представлений о формах родства и системах родства середины XIX в., на котором многое выстраивалось, не соответствует нынешним представлениям о социальных явлениях. Например, таково соотношение между референтивными и вокативными терминами родства, ведь Л.Г. Морган понятия не имел о вокативных формах, в его описании систем родства такой категории не предусматривалось. Я бы сейчас к этому добавил и систему социальных вокативов, которая лишь исторически и не везде произрастает из ресурсов терминологии родства, — систему обращений к человеку определенного пола, возраста и социального положения: такие формы обращений, как «дядя», «тетя», «дедушка» и т.п., — обращения, дифференцированные по полу и возрасту адресата и представляющие собой проекцию родственных отношений на социальные.

Еще одна проблема — это отход от корреляции форм и норм родства, описанных в Ветхом Завете и понимаемых учеными нескольких поколений как эталонная модель родства и социальная реальность, с теми нормами, которые представляют собой их противоположность, а равно с положениями и построениями науки о родстве в ее структурно-антропологическом и социальном аспектах. То же характерно для религиоведения: в описания разнообразных религиозных систем закладывается аналогия между Верховным существом описываемой культуры и Богом священных книг. Причем это происходит повсеместно. Исследователям, с одной стороны, трудно разобраться в традиционных верованиях (например, народов Сибири), с другой — понять, что представления о верховном божестве Тенгри у тюрок стали проекцией социальных институтов и представлений о божестве и культовых практиках позднейшего времени на общество, религия которого находилась в качественно ином состоянии — так, Небо древних тюрок персонифицировалось в верховное божество, а правитель, исполнявший обряд, о котором осталась запись в памятниках, стал выглядеть верховным жрецом.

Слишком прямолинейное понимание позиций системы родства и социальных ролей. И этнографы, и социологи пытаются рассмотреть вопрос, зачем может быть нужна та или иная позиция в системе терминов родства и в системе родства, вместо Исследования феномена родства того чтобы выяснить, почему, по какой причине данная позиция получила особую языковую маркировку. Исследователи, и отношениями родства, забывают о произвольности языкового знака, из которой имеется множество следствий, не все из в частности о гетерогенности (принципиальной негомогенности) любой подсистемы знаков. Динамическая маркированность системы родства как культурного феномена, осознание системы родства как средства этнической идентичности, культурной ценности этноса, и особенно понимание возможности До недавнего времени никто не задумывался над тем, что современная система родства русских — это крестьянская или надо отметить, что система терминов родства и социальная система — по крайней мере применительно к русским — в равной мере сдерживается в развитии, хотя и при помощи разных механизмов. Еще пример: распространение сказок о злой мачехе явно формирует паранормальные отношения между родителями и приемными детьми, причем этот образ не только является подобные сюжеты (например, у чукчей), отношения между родителями и приемными детьми строятся совсем иначе.

Я бы рискнул сказать, что социальные антропологи плохо знают свойства языка и преувеличивают его роль в культуре. Они Е.С. Рубцовой, показывает те позиции, о которых позже не говорили ни отечественные этнографы, ни отечественные лингвисты, составлявшие эскимосские словари. Например, различение мужа и жены «на короткое время» и «на длительное время».

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

Аналогии к таким языковым и социальным фактам можно усматривать только в книгах Р. Кента о гренландских эскимосах, где отмечено понятие кифак ‘женщина-эскимоска, исполняющая обязанности домохозяйки и временной супруги мужчины, в течение непродолжительного времени проживающего в социуме эскимосов’. Между тем в таких ситуациях наблюдается любопытный и еще не понятый до конца конфликт менталитетов: в регионах Крайнего Севера, когда у приезжего мужчины — русского, украинца, коми и т.д., который явно не планирует прожить среди ненцев или чукчей всю жизнь, появляется такая домохозяйка — ненка, долганка, чукчанка, кто угодно, для такого мужчины она является гражданской женой в относительно редких случаях (в понятие жены вкладывается другое содержание), но для женщины — представительницы коренных народов Сибири — в такой ситуации мужчина — это муж, хотя и «на короткое время», но со всеми вытекающими из ее семейного статуса обязанностями. Досадно, что этот вопрос еще не был предметом изучения этносоциологов-сибиреведов.

Если говорить о русской системе родства и системе терминов родства, то тут надо указать несколько факторов, о которых по каким-то причинам не задумываются ни лингвисты, ни антропологи.

Фактор первый — особое понимание семьи как элемента обычного права, отражающее едва ли не времена монголо-татарского нашествия. Кажется, никто не обратил внимания на то, что объектом последней переписи населения 2010 г. было домохозяйство (как будто целью переписывания был сбор подушной дани с назначением ответственного по хозяйству).

Фактор второй — особые отношения, прежде всего имущественные, между поколениями, когда недвижимая собственность, гарантирующая статусный минимум, чаще всего наследуется младшим поколением от старших, и соответственно младшие члены «семьи» пребывают в нестатусном состоянии до ухода субъектов собственности из жизни. Это же во многом определяет отношения между свойственниками и в одном, и в разных поколениях. В.В. Розанов заметил: «В России вся собственность выросла из “выпросил”, или “подарил”, или кого-нибудь “обобрал”. Труда собственности очень мало. И от этого она не крепка и не уважается» («Уединенное»). Причем, следуя за выдающимся философом и литератором, она не уважается у равных и тем более не уважается у младших. «Право первой зарплаты», изымающее жалкие крохи собственности у детей в пользу родителей, есть чисто русское национальное явление.

Фактор третий — чисто «русские» демографические проблемы, когда число детей у родителей, проживающих совместно со Исследования феномена родства старшими родственниками, в социальном отношении определяется возможностями, справедливее сказать — желаниями иметь дома детский сад, а в структурном отношении — площадью жилья, той самой собственностью, перспективы на изменение которой в соответствии с культурными реалиями по эти вопросы почти никто не обращает внимания, и они решаются в рамках марксистско-ленинского учения, где закладывается перманентный рост населения этноса и государства, старшего возраста, на которых матери перекладывают ответственность и заботу о младших детях, подвержены психическим расстройствам1. Что тогда говорить о «русских» семьях, интердисциплинарная проблема в многообразии задач и объектов преобразуется в соответствии с социокультурным и политическим заказом и распространяется на очень ограниченный сегмент, куда входит даже не историческая ретроспектива системы родства и архаическая система терминов родства, а хронологически и сословно ограниченный ее фрагмент, соотносящийся Автор этих заметок имел возможность 20 лет назад сделать небезынтересное наблюдение в одной иметь двух детей, а будучи замужем, они ограничивались одним ребенком, правомерно усматривая во втором ребенке угрозу своему имущественному положению, к которому привыкли с рождения.

Нам неоднократно доводилось слышать, с каким возмущением и негодованием было встречено в конце 1940-х гг. намерение К.П. Тихомоловой, в будущем профессора химического факультета рода нормой в высших сословиях дореволюционной России, но в указанные годы он рассматривался как вызов обществу и потрясение устоев морали.

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

Все правовые отношения, которые не связаны с потестарно мотивированными воспитательными действиями старших в отношении младших, все особенности поведения членов «большой русской семьи», зависящие от старших поколений (куда входит и актуальнейшая проблема планирования семьи), полностью выпадают из поля зрения исследователей.

Еще один комментарий. Лингвисты хорошо знают, что система терминов родства в любом языке обычно на 400–500 лет (а может быть, и на больший временной интервал) архаичнее той реальности, к которой она прилагается, поскольку язык меняется медленнее, чем общество. Чем объяснить, что английские слова “Husband” и “Wife” выглядят (по крайней мере на фоне немецкого языка) оригинальными терминами. Они лучше соотносятся с германской языковой реальностью, чем немецкие “Mann” — “Frau”, изоморфные славянским «мужъ» — «жена»

или частично изоморфные французским “mari” — “femme”.

Это дает основания думать о возможных заменах, хотя бы и в известном диапазоне источников для таких замен. Вот вам вполне реальные связи и различия между системами родства и системами терминов родства в системных отношениях внутри двух сущностей и в той хронологии, какой они соответствуют.

Алгебраизация и геометризация антропологии родства — это 4 техника, которую может реализовать человек, испытывающий тяготение к формулам и схемам. Еще в начале 1980-х гг. использование кода Ю.И. Левина в противоположность русским переводам терминов родства при описании систем родства каких-то экзотических народов среди тех, кто был занят описанием систем родства, обусловливалось либо многозначностью русских, английских или немецких терминов, либо невозможностью передать то или иное значение в силу того, что аналогичные термины в русском языке отсутствовали. Известно, что определенные описания систем родства и терминов родства народов Сибири, выполненные на немецком языке, не дают однозначного понимания приведенных в них терминов родства с немецкими переводами. Другая проблема — не всегда авторы двуязычных словарей учитывают специфику систем терминов родства при составлении национально-русских и русско-национальных словарей.

Наиболее значимыми и перспективными для изучения проблемами антропологии родства мне представляются следующие.

1. Историческая ретроспектива отношений родства в контексте истории форм семьи и смыкающихся с ней отношений мужчины и женщины. Думается, настало время покончить с мифами — с понятиями промискуитета как стартовой точки эволюции семьи, материнского рода как исторической основы Исследования феномена родства Востоке, например у казахов). Иначе некоторые особо продвинутые исследователи еще долго будут писать о пережитках материнского рода у современных эвенков, не замечая, что куда Актуальной задачей становится изучение альтернативных семейных отношений при де-факто существующей полигамии, изучение статуса женщин, вовлеченных в круг семьи мужчины, и потомства от них (кстати, такой материал в изобилии умер коннектор отношений родства (здесь возможны три варианта, влияющих на систему родства: не изменяющиеся, утрачивающиеся или появляющиеся со смертью коннектора отношения). По материалам вологодских имущественных описей брата главы хозяйства. Сделанные наблюдения требуют тщательно проверить родственные отношения, известные нам по 2. Источниковедческая основа для изучения отношений родства конкретных этносов. Уже невозможно проецировать общие закономерности (а иногда и мнимые закономерности) на эволюцию системы родства и системы терминов родства отдельных народов. В частности, из нее категорически должен быть исключен сказочный фольклор. Если в сказке дурак женится на царской дочке и становится царем, это не означает, от тестя к зятю. Несказочный фольклор может служить источником для изучения отношений родства и брака только при наличии массового материала на определенных территориях.

3. Происхождение экзогамии и понимание инцеста. Как известно, генезис экзогамии и появление запрета на разные типы

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

свои этнографические наблюдения и заметки в 1930-е гг., говорил, что, по его данным, существование таких браков впрямую не подтверждается, относится скорее к этнографической этике. Иначе тема подобных браков не могла бы обозначиться.) Отсутствие указаний на близкородственные связи других типов в этнографических источниках или несказочном фольклоре скорее говорит об их дозволенности. Факт фиксации того, что у калмыков еще в XVIII в. второй женой становилась мачеха (М.М. Батмаев), — редкий пример отражения таких явлений, связанных с конфликтом представлений у наблюдаемых и наблюдателей о дозволенном и желательном.

4. Оформление отношений родства в неполных семьях в историко-этнографической перспективе. Почему-то по инерции такие наблюдения почти всегда попадают в этнографию детства, в континууме публикаций по этой проблематике найти их трудно. Между тем этот материал имеет исключительную ценность для этнографических реконструкций. Так, есть основания полагать, что в известном мифе Эдип был младшим братом Иокасты, а не сыном или считался ее младшим братом, если он не был сыном Лая, — в точном соответствии со счетом родства в неполных семьях, известным по этнографическим параллелям, когда внебрачные дети считались младшими братьями 5. Социально-демографические исследования отношений, сопровождающих родство: реальные социальные функции тех лиц, за которыми закреплены определенные позиции в системе терминов родства. Только наличие специфических социальных ролей может показать, что между системами родства и системами терминов родства существует этнологически значимая связь. Прежде всего такая связь, если она проявляется, должна наблюдаться в рамках большой многопоколенной семьи или какой-то социальной структуры, объединяющей лиц, находящихся в разных степенях родства, принадлежащих к одному или двум поколениям. Однако более чем вероятно — и на русской большой семье это хорошо заметно, особенно в современных условиях, — что количество терминов родства намного больше ожидаемых социальных функций.

6. Исследование хронологических корреляций социальных реалий и норм морали, оценивающих эти самые реалии. Одна из христианских заповедей гласит: «Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, [ни поля его,] ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, [ни всякого скота его,] ничего, что у ближнего твоего» (Исх. 20:17). Кому адресованы слова «Не желай жены ближнего твоего»? Они адресуются тому члену общества, который является совершеннолетним и имеет Исследования феномена родства статус полноправного гражданина, при том что возраст совершеннолетия во времена Ветхого Завета составлял 13–14 лет, жена, а может быть и две, и у каждой жены имеется по служанке, на которых он имеет такие же права, как и на жен. Абсолютный возраст этих объектов права соответствует возрасту нынешних учащихся 7–8 класса школы. Остается только спросить, знают ли об этом историческом парадоксе, связывающем время и конфессиональную идентичность, нынешние педагоги и специалисты по возрастной психологии?

Белков П.Л. Этнография родства и проблема рациональности научного открытия // Антропологический форум. 2011. № 14 Online.

ГЕРМАН ДЗИБЕЛЬ

Большая Российская Москва dziebelg@gmail.com

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

В то же время избыток разнообразия в плане выражения научного интереса к проблемам родства сопровождается рассеянным вниманием к плану содержания феномена родства. Как следствие, наблюдается недостаток синтетических подходов, которые бы обеспечивали взаимопроверяемость и взаимообогащение теорий и усовершенствование фиксации первичного В последние 40 лет в некоторых западных научных традициях (в первую очередь в американской антропологии) исследование феномена родства подверглось капитальному пересмотру, в результате чего традиционные подходы к построению моделей систем родства как форм социального воспроизводства (эволюционизм, функционализм, структурализм, формализм) и традиционные объекты изучения (доиндустриальные неевропейские общества и их ячейки) уступили место символической, конструктивистской или интерпретативной антропологии, нацеленной на описание различных способов репрезентации и манипуляции языком и символами родства племенными, национальными и общемировыми социополитическими институтами, гендерными, сексуальными, молодежными субкультурами, медицинскими учреждениями (например, в контексте трансплантации органов, генной инженерии и пр.) и правовыми организациями (например, в контексте Традиционные подходы к феномену родства в рамках самой антропологии были переосмыслены как конкретно-исторический способ бытия западного антропологического истеблишмента XIX–XX вв. по отношению к его «вассалам» — аборигенным обществам Африки, Азии, Океании и Америки. В то же время западным антропологам-конструктивистам оказалось проще воспринять «точку зрения туземца» [Geertz 1973], чем точку зрения предшествующего им поколения западных же антропологов. Последователи более традиционных позитивистских, количественных и формальных методов изучения феномена родства отошли в сторону и заняли озлобленно-выжидательную позицию, иногда прерываемую критическими репликами, раздающимися в периферийных антропологических изданиях (см., например: [Shapiro 2008]).

Былая самозабвенная страсть к изучению феномена родства 5 («изучение систем родства получше секса», по шутливому выражению Дж.П. Мердока), сменившаяся в американской антропологии «ледниковым периодом» скептицизма и эпистемологического самокопания, неожиданно обрела второе дыхание в трудах физических антропологов и популяционных генетиков. С начала 1990-х гг. у генетиков постепенно появился Исследования феномена родства доступ, с одной стороны, к миллионам пар оснований митохондриальной, аутозомной, y-хромосомной, х-хромосомной Если основатель антропологической традиции изучения феномена родства Л.Г. Морган стремился к познанию «систем родства и свойства человеческой семьи» [Morgan 1871] через выявленные им закономерности кодирования этих систем в языках мира и тем самым к углублению существовавших в XIX в.

в «Древнем обществе», под влиянием новой долгой, геологической, хронологии мира также и стадиальных классификаций человеческих обществ), то современные популяционные генетики решают похожие вопросы путем количественного анализа и картографирования молекулярных «кирпичиков» родства и наследственности с последующей интерпретацией происхождения, демографического роста и расселения человеческих Выясняется, что структуры генетического (аллельного) разнообразия отражают помимо демографии и филогенеза еще и традиционную этнологию, а именно — локальность послебрачного поселения, линейность счета родства и формы брака. Например, матрилокальные общества демонстрируют редуцированное al. 2001; Wilkins, Marlowe 2006]. Полигиния приводит к сокращению аллельного разнообразия в генетических системах, передающихся по отцу, и повышению разнообразия в системах, передающихся по матери [Kutanan et al. 2011]. В качестве конкретного примера: длительная матрилокальность океанийских привела к избытку у них папуасских, доавстронезийских вариантов y-хромосомы [Hage, Marck 2003].

Зачатки современной теории происхождения человека современного вида из Африки присутствовали уже у Ч. Дарвина, который писал в «Происхождении человека»: «Можно считать

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

В историографии взглядов на феномен родства Ч. Дарвину принадлежит особое место. Именно он отчетливо сформулировал мысль о том, что за всем разнообразием видов живой природы стоит не божественный план, а простые генеалогические отношения по родству: «Естественный отбор, который проистекает из борьбы за существование и который неминуемо приводит либо к исчезновению, либо к видоизменению признака в видах, произошедших от общего предка, объясняет важнейшее и универсальное свойство, связывающее всех живых существ, а именно — подчинение одной их группы другой.

Мы пользуемся понятием общего происхождения (descent) ради объединения особей независимо от пола и возраста в один вид, хотя между ними может быть мало общих черт; мы пользуемся понятием общего происхождения для классификации известных разновидностей, независимо от того, как непохожи они могут быть на своих родителей. И, по моему мнению, общее происхождение и есть то самое скрытое единство (bond of connection), которое натуралисты пытались описать как Систему Природы» [Darwin 1900: 230].

Полезно сравнить дарвиновские взгляды на феномен родства и единство живой природы со взглядами Л.Г. Моргана.

Л.Г. Морган в своем зоологическом труде «Американский бобр и его творения» [Morgan 1868] в качестве принципа, лежащего в основе единства живой природы, выдвинул не общее происхождение, а общую умственную способность, присущую в разной степени как человеку, так и низшим животным и выражающуюся в активной адаптации к природной среде, обучении на собственном опыте и передаче этого опыта от одной особи к другой. В четкой организации бобровых хаток и поселений Л.Г. Морган видел действие того же принципа, что и в «системах родства и свойства» человека. Все виды, включая человека, не просто эволюционируют друг в друга, а проходят через свои внутривидовые стадии эволюции, используя опыт предшествующих поколений.

Эта малоизвестная сторона наследия Л.Г. Моргана не только закономерно вписывается в его более поздние исследования в области социальной эволюции и эволюции систем родства, но и предвосхищает элементы структуралистского и конструктивистского подходов к изучению систем родства второй половины ХХ в. Если мы сравним моргановское понимание феномена родства, изложенное им в «Американском бобре», с классическими утверждениями А. Кребера («термины родства отражают психологию, а не социологию» [Kroeber 1909:

84]), К. Леви-Строса («система родства не состоит из объективных связей по общему происхождению или кровному родству между индивидами; это произвольная система предФОРУМ Исследования феномена родства системы родства с той же глобальной позиции, что вы [К. ЛевиСтрос. — Г.Д.] заняли в изучении мифов» [Dziebel 2007: 137, Л.Г. Морган заложил основы понимания эволюции как сложного процесса, в котором «опыт предков» или «культура» посредством накапливания и трансмиссии создает предпосылки генеалогической модели и усиления тенденции к эволюционной конвергенции. (Кажется не случайным, что Л.Г. Морган воссоздают историю гомо сапиенса как последовательное ответвление человеческих популяций от древних африканских групп, генетические следы которых, согласно генетикам, наиболее явственно просматриваются у современных палеоафриканцев (бушменов и пигмеев). Генеалогические древа митохондриальной ДНК и y-хромосомы базируются на идее идентичности по происхождению участков ДНК палеоафриканцев, с одной стороны, и шимпанзе — с другой. Остальные континентальные группы возникли, по мысли генетиков, путем последовательного накопления мутаций, не присущих ни шимпанзе, ни палеоафриканцам. Наиболее отдаленными от палеоафриканцев и шимпанзе — генетически и географически — признаются американские индейцы. При этом считается, что определенные фенотипические и генетические признаки (цвет кожи, текстура волос, высокое внутригрупповое аллельное разнообразие и относительно малый объем мозга у африканцев по сравнению с объемом мозга европеоидов, монголоидов и индейцев) являются общечеловеческим наследием, в основном ными формами могут представлять собой гомоплазию, а не общее происхождение. Например, не повлиял ли на формирование характерной пигментации у африканцев южнее Сахары и у северных европеоидов в дополнение к ультрафиолетовому излучению еще и половой отбор, связанный с высокой частотностью и относительной древностью полигинных браков в Африке и высокой частотностью и относительной древностью моногамии в Европе? В полигинных популяциях происходит избыток пренатального содержания тестостерона и недостаток эстрогена, а в моногамных популяциях — наоборот [Manning et al. 2004]. Действительно, у африканских охотников-собирателей, у которых полигиния встречается редко, кожа светлее, чем у африканских земледельцев, хотя первые, очевидно, архаичнее последних. Точно так же цвет кожи индейцев, населяющих тропики, светлее кожи африканцев, и у них тоже полигинные браки редки, а полигинные семьи немногочисленны.

Чистая моногамия у них тоже редкость [Frost 1994]. В то же время в Азии, Австралии, Океании и Америке частота прескрипционных браков (кросскузенных, сороратных, левиратных, браков с дочерью сестры, с вдовой брата отца, с приемной дочерью и т.п.), которые находятся как бы посередине между полигамными и моногамными нормами, гораздо выше, чем в Африке южнее Сахары и Европе. Нельзя ли эволюционно первичной формой пигментации у гомо сапиенса считать более умеренную, в то время как отклонения от нее в сторону более радикально светлых (у европейцев и северных азиатов) и более радикально темных (у африканцев и меланезийцев) вариантов объяснять конвергенцией?

Оторванность популяционных генетиков от традиции изучения систем родства в (социальной) антропологии приводит к явному противоречию между богатством эволюционно первичных простых, прескрипционных (по K. Леви-Стросу и Р. Нидему) и классификационных (по Л.Г. Моргану), систем родства и брака в Австралии, Океании и Америке и теорией происхождения человека из Африки, где доминируют эволюционно вторичные, «описательные» (по Л.Г. Моргану) и «сложные» (по K. Леви-Стросу), системы [Dziebel 2007].

Высокое внутригрупповое разнообразие, отмеченное в генах африканцев, может свидетельствовать не об их древности, а о более высокой степени гибридизации и большем эффективном размере африканских популяций. С этим согласуется факт господства в Африке южнее Сахары «сложных» форм брачного альянса, которые способствуют включению более обширных географических территорий в зону брачного обмена.

Соответственно, сниженное лингвистическое разнообразие, сниженное межгрупповое генетическое разнообразие и отсутФОРУМ Исследования феномена родства Богатство и разнообразие форм кодирования таких негенеалогических элементов, как относительный пол, относительный с симметрично-прескрипционными браками), в системах терминов родства за пределами Африки и Европы и поступательный распад структур, базирующихся на их основе, на мириады конвергентных типов систем терминов родства в разных регионах мира [Dziebel 2007] свидетельствуют о том, что биокультурная дифференциация не вписывается в дарвиновскую В последнее время эволюционные биологи стали более внимательно относиться к наследию К. Леви-Строса в области изучения систем родства и брака [Chapais 2008]. Причиной этого интереса является своеобразие симметрично-прескрипционных (или «эпигамных», в российской традиции) систем родства и брака на фоне известных биологам способов регулирования биологических связей по родству и воспроизводству брачные правила и родственные структуры тоже сосуществуют и самки по достижении зрелости переселяются из родительской группы, т.е. налицо экзогамия. Но и здесь присутствует существенное различие между павианами и людьми.

родителей за родственников. У человека не только сосуществуют брачные нормы и нормы счета родства, но еще и наблюдается эпигамное взаимодействие между различными с точки зрения составляющих их компонентов, то в дополнение к поведенческим моделям, известным по обществам приO роли конвергенции в исторической фонологии индоевропейских языков см.: [Garrett 2006].

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

матов (сосуществование групп самцов и самок в пределах одной территориальной ячейки, спаривание за пределами группы родственников, счет родства по матери), у человека присутствуют и такие элементы, как счет родства по отцу, нормы брачного поселения, родовые группировки, связи между братьями и сестрами, брачный обмен и пр. В результате сравнительного изучения систем воспроизводства обществ человека и антропоидных обезьян появляется возможность построения моделей ступенчатой эволюции от систем родства и свойства шимпанзе (сосуществование групп самцов и самок в пределах одной территориальной ячейки, филопатрия самцов, промискуитет) к базовой системе родства и свойства человеческой семьи (“exogamy configuration” у Б. Чапайса) через гипотетические системы, приписываемые вымершим видам гоминидов (австралопитекам, гомо габилису, гомо эректусу, неандертальцам). Прогресс в области извлечения и анализа ископаемой ДНК уже привел к обнаружению свидетельств патрилокальности, не свойственной обществам приматов, — у западноевропейских неандертальцев По мысли Б. Чапайса, система родства гомо сапиенса сложилась до возникновения языка. В этом нет ничего удивительного, т.к. Чапайс — биолог, а не лингвист и не культурный антрополог. С одной стороны, такой вывод открывает перспективную область поиска истоков языка в специфике социальных взаимоотношений и коллективного характера воспроизводства у непосредственных предков человека. С другой стороны, он заставляет недоумевать, почему системы родства и свойства у человека, если они достигли своей законченной формы до возникновения языка, выражаются в огромном количестве неповторимых систем терминов родства.

С моей точки зрения, высказанной в «Феномене родства»

[Дзибель 2001] (см. также: [Dziebel 2010]), система терминов родства представляет собой своего рода ископаемую (или эмбриональную) форму языка, т.е. языка, который еще не дифференцировался на формально выраженные подсистемы (глагольная, именная, местоименная и пр.), но уже выражал принципы взаимности, реляционности и эгоцентричности.

Я отказываюсь от рассмотрения систем терминов родства как отражающих заранее заданные факты биологического воспроизводства индивидуальных особей (в русле конструктивистского мышления Д. Шнайдера или алгебраических моделей Д. Рида) и предлагаю рассматривать эволюцию систем терминов родства как наглядный пример эволюции символизма — основной характеристики поведения гомо сапиенса в процессе демографической и социальной эволюции от oxoтничьеФОРУМ Исследования феномена родства Революционный переход от экзогамии к эпигамии (в понимании Б. Чапайса) и консолидация разрозненных и экспериментальных форм брачно-родственных отношений, фиксируемых у приматов, в базовую систему родства и свойства гомо сапиенса могли иметь место только в контексте функционирования ранних форм «праязыка». По данным генетики, неандертальцы, по всей вероятности, уже являлись носителями языка (или по крайней мере способности к языку) [Krause et al. 2007], следовательно, можно предполагать, что формирование языка относится к эпохе, непосредственно предшествовавшей выделению неандертальцев в самостоятельный вид, т.е. около В отечественной этнологии кризис изучения феномена родства наметился в начале 1990-х гг., когда снятие эпистемологических барьеров, восходящих к историческому материализму, привело к попыткам выработать новые подходы к построeнию общих теорий систем родства и структур первичной формации [Гиренко 1991; Дзибель 2001]. В 1995 г.

«Алгебра родства», продолжающий служить форумом для полидисциплинарных, междисциплинарных и субдисциплинарных исследований в области систем родства и систем терминов родства.

Недавний протест П.Л. Белкова [Белков 2011] против гегемонии текстового (терминологического, кодового) формализма (в противоположность графическому формализму самого Белкова), якобы царящего на страницах альманаха, не соответствует действительности. Белков решил вынести проблему, понятную только узкому кругу специалистов по системам родства, на страницы общеэтнологического издания «Антропологический форум», вместо того чтобы напечатать ее на страницах «Алгебры родства». Если бы П.Л. Белков выбрал последнее, он бы опроверг самого себя и потерял возможность выдать рядовую техническую задачу (выработку более совершенного способа описания определенных систем родства) за В то же время сам факт того, что две крупные дискуссии, связанные с методологией изучения систем родства (сначала между А.В. Дыбо и С.В. Кулландой и мною, а недавно между П.Л. Белковым и В.А. Поповым и другими регулярными авторами «Алгебры родства»), развернулись вокруг одной и той же темы, а именно — темы соотношения плана выражения и плана содержания в системах (терминов) родства, свидетельствует

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

о слабости существующего метаязыка науки как в пределах, так и за пределами антропологии / этнологии.

Парадоксальность проблемы заключается в том, что если я критикую А.В. Дыбо и С.В. Кулланду за косный узкофонологический формализм при подходе к этимологии индоевропейских терминов родства, который при переходе на «ностратический уровень» порождает абсолютно пустые протоформы, то П.Л. Белков поддерживает А.В. Дыбо и С.В. Кулланду, а меня, вслед за В.А. Поповым, критикует за междисциплинарный формализм при подходе к системам терминов родства как объекту социальной антропологии / этнологии / этнолингвистики, а к системам родства как объекту социальной антропологии / этнологии / демографии / эволюционной биологии / популяционной генетики. Приверженец бинарной картины научного мира, П.Л. Белков с удивлением обнаруживает, что лингвист А.А. Бурыкин может поддерживать позицию этнографа Г.В. Дзибеля по поводу взаимоотношения лингвистического и этнографического в терминах родства, но не задумывается, почему он сам, будучи этнографом, поддерживает Еще более удивлен будет П.Л. Белков, когда прочтет у С.В. Кулланды (настоящая дискуссия), что тот отказывается принять поощрения П.Л. Белкова, ибо, как и я, считает, что при реконструкции систем (терминов) родства «взаимодействие методов смежных наук совершенно необходимо». Дело здесь не в конкретике понимания предмета (П.Л. Белков даже не знает, что С.В. Кулланда не лингвист-индоевропеист, а историк-индонезист, а А.В. Дыбо индоевропеисткой является только по отцу), а в попытке разбить науку на априорные бинарные ячейки (этнология / неэтнология, лингвистика / нелингвистика, формализм / неформализм), заселенные самодостаточными «экспертами».

Между тем междисциплинарность школ и разносторонняя образованность индивидуальных ученых — один из важнейших залогов прогресса науки. В «Феномене родства» [Дзибель 2001] я обосновал радикальную междисциплинарность с точки зрения лумановской [Luhmann 1984] системной теории: «система»

(скажем, этнология) может себя познать только через отсылку к своему «окружению» (Umwelt) (например, лингвистика).

П.Л. Белков не понимает, что без междисциплинарного подхода невозможно глубокое понимание самих вовлеченных При этом необходимо отграничивать органическую междисциплинарность от механической полидисциплинарности.

В случае последней материал одной дисциплины интерпретиФОРУМ Исследования феномена родства мейнстримных) теорий, выросших в контексте другой дисциплины (например, подстраивание сравнительной мифологии под археологию в исследовании проблемы происхождения индейцев у Ю.Е. Березкина [Березкин 2007] или сравнительного в случае музыковедения имеют тенденцию категорически отвергать целые школы в социальных науках (например, структурализм K. Леви-Строса и его применение к мифам индейцев) как бесполезные абстракции, но при этом слепо верить в постулаты якобы более «незыблемых» дисциплин. При этом сам палеоиндейской, ни более недавней археологией Нового Света, а Грауер признает свою полную необразованность в генетике. Иными словами, происхождение этой уверенности в правоте археологии и популяционной генетики носит у этих исследователей иррациональный характер.

знания» — проявляется также в вере, что у лингвистов историческая семантика и этимология индоевропейских терминов родства прекрасно разработаны. Если бы П.Л. Белков был знаком с проблематикой, ему было бы известно, что последнее крупномасштабное исследование в области этимологии индоевропейских терминов родства, предпринятое крупным лингвистом [Szemerйnyi 1977], подверглось резкой критике со стороны этнолингвиста [Friedrich 1980] именно за наивные этимологии и неправдоподобную семантику, которые преследуют индоевропеистику со времен ее основания. Никаких альтернатив с тех пор не было представлено.

П.Л. Белков также полагает, что у лингвистов припасена в «заднем кармане» модель типологии и эволюции языка, которая чем это делается в этнологии. Откуда такая уверенность, непонятно. Нет ни ссылок, ни имен, ни примеров [Белков 2011:

376]. При этом П.Л. Белков убежден, что системы родства распадаются на два эволюционных типа («классификационные»

распадаются [Белков 2011: 374]. Если системы терминов родства являются предметом лингвистики, а лингвистикой П.Л. Белков не занимается, то откуда ему известно, что системы терминов родства на глобальные типы, соответствующие

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

В “The Genius of Kinship” [Dziebel 2007], которую П.Л. Белков, видимо, читал, я привожу пример того, как географический контраст, проведенный Дж. Николс [Nichols 1992] между кластерами грамматических черт в Австралии, Океании и Америке, с одной стороны, и в Европе и Африке — с другой, сходен с моргановским противопоставлением между «классификационными» и «описательными» системами (терминов) родства. Эти макрорегионы также радикально отличаются друг от друга по количеству «языковых семей», или таксономических единиц, связанных «языковым родством»: в Америке языковых семей 140, на Новой Гвинее господствуют классификационные системы родства, языковая картина очень дробная; в то же время в зоне описательных систем родства языки более или менее «легко» классифицируются в минимальное количество генетических единиц.

По мысли Дж. Николс, генетическая классифицируемость языков, возможно, отражает их синхронную структуру (ср. также замечание Дж. Блевинс относительно стабильности моносиллабических слов и их роли в доказательстве родства между андаманскими и австронезийскими языками [Blevins 2007]).

В то же время популяционные генетики неоднократно отмечали радикальный контраст между формами генетического разнообразия в Африке и Америке, что, видимо, в конечном итоге отражает демографические различия между крупными агломерированными популяциями Африки и Европы и мелкими разрозненными популяциями Нового Света, Австралии и Океании1. Демография в свою очередь может диктовать языковую Противопоставление «классификационных» и «линейных» систем родства находит продолжение не только в лингвистике, но и в генетике. П.Л. Белков, конечно, прав, что лингвисты и этнографы смотрят на вещи под разным углом зрения, но, когда дело идет о феномене родства, изобретение классификационного родства Л.Г. Морганом коррелирует не с полным отсутствием идеи такового у лингвистов XIX в., а с появлением у них уникальной традиции использования понятия родства как принципа классификации языков. П.А. Лавровский, используемый П.Л. Белковым в качестве примера незапятнанного «системами родства» филолога-современника Л.Г. Моргана [Белков 2011: 374], рассматривал славянские термины индивидуального родства как отражающие их групповое родство Например: «Пропорция генетического разнообразия между всеми исследованными африканскими популяциями составила 1,71 %. Для сравнения: популяции коренных американцев и океанийцев продемонстрировали наибольшую пропорцию межпопуляционного генетического разнообразия (8,36 % и 4,59 %)» [Tishkoff 2009: 1035].

Исследования феномена родства миссионер и филолог Ж.-А. Кок, который не преминул отметить, что «у ирокезов есть много терминов для описания степеней родства и свойства. В нашем языке не всегда есть слова, французском языке слово, выражающее свойство между родителями супругов, аналогичное ирокезскому слову atennoron?

качественные отличия между семантической структурой ирокезских и французских терминов родства, так и возможность их 14 страниц и разбил свое описание на термины восходящих поколений, термины нисходящих поколений, термины с аномальной грамматикой, возвратные термины и пр. Подход Ж.-А. Кока В случае органической междисциплинарности, напротив, данные, методы и теории одной дисциплины (или школы) систематически и критически сверяются со своими аналогами в другой дисциплине (школе) ради достижения максимального познавательного эффекта и повышения эффективности производства научного знания. При этом исследователь, практикующий органическую междисциплинарность, безусловно, должен обладать родства между языками Старого и Нового Света1. По свидетельЭто не означает, что гипотеза Э. Вайды существует вне критики. Несколько именитых лингвистов ее поддержали, но завзятый скептик Л. Кемпбелл обозначил круг проблем, связанных с этой гипотезой, и призвал исследователей соблюдать осторожность.

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

ству самого исследователя, это стало возможным благодаря применению им как классического сравнительного метода, так и методов дальнего сравнения [Vajda 2010].

Органическая мeждисциплинарность превращает науку из социоцентрической в эгоцентрическую систему: вместо замкнутых монолитных культурных категорий научного знания, или «научных дисциплин», появляется эпистемологическая диаспора, состоящая из объективных точек отсчета и целевых задач (например, происхождение человека современного вида, реконструкция индоевропейских систем терминов родства, феномен этнической транскультурации [Dziebel 2006a]), ради решения которых подтягиваются ресурсы из сопредельных областей знания, но только те ресурсы, которые имеют прямое отношение к решаемой задаче. П.Л. Белков не понимает «экономической» основы иденетического (гигнетического, от а именно — «эпигамного обмена» между этнологией и лингвистикой (или потенциально между этнологией и биологией / генетикой и т.п.).

Например, я обращаюсь к первичному индоевропейскому лексическому материалу и тем самым применяю метод полевой этнографии к проблеме реконструкции индоевропейских терминов родства. В результате сравнительно-историческое языкознание, становление которого пришлось на период, предшествовавший появлению этнологии, основывается на этнолингвистическом фундаменте в этой конкретной области. В ответ П.Л. Белков обращается к мифу о «дилетантизме» Г.В. Дзибеля [Белков 2011: 374]. Когда же я импортирую лучшие элементы лингвистического формализма в практику изучения систем родства (я не строю спекулятивные модели прачеловеческой системы родства в стиле «тетраидной теории» этнолога Н. Аллена, а ее реконструирую в духе раннего Л.Г. Моргана, вдохновленного успехами сравнительного языкознания) на основе выявленных в базе данных по 2500 языкам мира структурных закономерностей, П.Л. Белков видит в этом «предательство»

интересов этнологии [Белков 2011: 399]. П.Л. Белков не осознает закономерности моего мышления и теряет из виду мое стремление подобрать логическое место в общей теории родства подходам (как в пределах, так и за пределами собственно этнологии), которые обычно рассматриваются как взаимоисключающие и взаимоопровергающие. Без такого понимания возражения П.Л. Белкова звучат не как научная полемика, В своем отрицании междисциплинарности П.Л. Белков доходит до абсурда: ссылаясь на неосторожное высказывание Исследования феномена родства Н.А. Добронравина, он считает излишним создание иденетики / гигнетики при наличии этнологии и лингвистики [Белков 2011: 367]. Видимо, и генетика, возникшая на стыке статистики и биологии, и психоанализ, сформировавшийся на в себя лингвистику, литературоведение и этнологию, тоже являются излишними. Не говоря уже о самой этнологии, которая возникла в разных национальных традициях из слияния разнородных компонентов: например, юриспруденции и языкознания у Л.Г. Моргана или психологии и языкознания давние попытки самого П.Л. Белкова рассмотреть точки соприкосновения между системами родства и мифоритуальной к «скрытым ресурсам» этнологии (например, привлечение работ А.Р. Рэдклифф-Брауна начала XX в.) — прием, который 3 вошел еще в XIX в. через концепцию «родства языков», этимологический анализ языковой лексики как носителя ушедших родства и свойства. В настоящее время решение задачи построения единой научной генеалогической классификации второго и третьего уровней вплоть до общечеловеческого праязыка сопровождаются острыми дискуссиями по поводу самого понятия «языкового родства» и возможности сохранения «евразийских», «дене-кавказских», «америндских», «койсанских», «индо-тихоокеанских», «aустрических» языков не пользуются популярностью среди основной массы исторических лингвистов, которые убеждены, что «языковое родство» теряется из виду на исторической глубине от 5000 лет и далее. При этом отмечается, что для успешного доказательства генеалогических связей между языками недостаточно приведения списков слов, сходных по значению и звучанию, даже если на их ческие соответствия (таким свойством могут обладать и заимствования).

Неопровержимым доказательством родства языков служат не списки слов, сходных по значению и звучанию, а списки слов, связанные закономерными фонетическими соответствиями и образующие систему (например, систему глагольных префиксов в кетских языках и языках на-дене). Принципы отбора кандидатов в этимологическое гнездо (cognate set) диктуют характер фонетических соответствий, следовательно, семантическая вариабельность, отражающая культурный и общественный субстрат языка и зачастую выходящая за рамки наивного «сходства», имеет непосредственное отношение к конкретной фономорфологии гнезда и в конечном итоге к исторической фонологии языков-объектов. В языковых семьях первого уровня (например, индоевропейская, уральская, картвельская, атапаскская) эти системы достаются исследователям почти «даром», благодаря тому что языки, входящие в эти семьи, разошлись очень недавно. С течением времени распознавание этих систем становится все более сложным, но без них нет и не Парадоксальным образом даже в рамках такой хорошо изученной языковой семьи, как индоевропейская, обнаружение этих «систем языкового родства» не всегда возможно. Примером тому служит практически полное отсутствие у индоевропеистов убедительных этимологий индоевропейских терминов родства (или, к слову, числительных). Как следствие, этнологи «не узнают» праиндоевропейскую систему родства [Needham 1987]. Индоевропейские языки признаются родственными, а происхождение целой группы сложных по структуре слов основного словарного запаса, сходство между которыми в XIX в.

служило одним из ярких примеров родства индоевропейских Праиндоевропейская фонологическая система реконструируется, а праиндоевропейская система терминов родства — нет. «Ностратический язык» якобы реконструируется, а все так называемые ностратические термины родства представляют собой механический и бессистемный перенос непроясненных индоевропейских, уральских, картвельских и прочих сложных слов для обозначения категорий родственников и свойственников на более древний уровень. Языковое родство как системное единство и преемственность фонетических, морфологических, семантических и грамматических структур подменяется слепой верой группы исследователей в то, что за сходством по звучанию и значению выбранных ими слов стоит единство некоего предкового общества. При Исследования феномена родства этом никакого интереса к структуре этого общества и построению моделей индоевропейского этногенеза при помощи реконструкции разных временных состояний индоевропейских Белков П.Л. Этнография родства и проблема рациональности научного открытия // Антропологический форум. 2011. № 14 Online.

Дзибель Г.В. Северные шошоны: циклы этносоциальной истории, системы терминов родства и экологическое родство // Алгебра Cuoq J.-A. Йtudes philologiques sur quelques langues sauvages de l’Amйrique. Montrйal, 1866.

American Cultures in the Late 20th Century. Ph.D. Dissertation.

Dziebel G.V. Refining the Points of the Ongoing Debate about IndoEuropean, Nostratic and Kinship Terminological Reconstructions //

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

Friedrich P. Review of ‘Studies in the Kinship Terminology of the IndoEuropean Languages’, by Oswald Szemerйnyi // Language. 1980.

Frost P. Geographic Distribution of Human Skin Colour: A Selective Compromise between Natural Selection and Sexual Selection? // Garrett A. Convergence in the Formation of Indo-European Subgroups:

Prehistory of Languages. Cambridge: Cambridge University Press, Geertz C. The Interpretation of Cultures. N.Y.: Basic Books, 1973.

Grauer V. Echoes of Our Forgotten Ancestors // World of Music. 2006.

Hage P., Marck J. Matrilineality and the Melanesian Origin of Polynesian Y Chromosomes // Current Anthropology. 2003. Vol. 44 (Supplement). P. 121–128.

Krause J., Lalueza-Fox C., Orlando L., Enard W., Green R.E., Burbano H.A., Hublin J.-J., Hдnni C., Fortea J., Rasilla M. de la., Bertranpetit J., Was Shared with Neandertals // Current Biology. 2007. Vol. 21.

Kroeber A.L. Classificatory Systems of Relationship // Journal of the Royal Kutanan W., Kampuansai J., Fuselli S., Nakbunlung S., Seielstad M., Bertorelle G., Kangwanpong D. Genetic Structure of the Mon-Khmer Speaking Groups and their Affinity to the Neighbouring Tai Populations in Northern Thailand // BMC Genetics. 2011. No. 12.

Lalueza-Fox C., Rosas A., Estalrrich E., Gigli E., Campos P.F., GarcнaTabernero A., Garcнa-Vargas S., Sбnchez-Quinto F., Ramнrez O., Civit S., Bastir M., Huguet R., Santamarнa D., Willerslev E., Rasilla M. de la. Genetic Evidence for Patrilocal Mating Behavior among Lйvi-Strauss C. Structural Analysis in Linguistics and Anthropology // Structural Anthropology. N.Y.: Basic Books,1963. Vol. 1. P. 31–54.

Luhmann N. Soziale Systeme: GrundriЯ einer Allgemeinen Theorie.

Lupyan G., Dale R. Language Structure Is Partly Determined by Social Manning J.T., Bundred P.E., Mather F.M. Second to Fourth Digit Ratio, Morgan L.H. The American Beaver and His Works. Philadelphia:

Morgan L.H. Systems of Consanguinity and Affinity of the Human Family.

Исследования феномена родства

Needham R. Editor’s Introduction // Imagination and Proof: Selected

АЛЕКСЕЙ ИВАНОВ

Алексей Вадимович Иванов Москва alex.freeday@gmail.com

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

уже давно сформировали словарь терминов и разработали основные методы исследований. За сотню лет этнографии был собран большой материал, и наиболее талантливые и отважные ученые создали образцы исследований, превзойти которые исключительно тяжело. Повторить столь фундаментальные труды по системам родства, как работы Э. Лича и К. ЛевиСтроса, практически невозможно и, вероятно, уже не столь необходимо. Нужно искать новые, менее доступные данные, такие как отношения между дальними родственниками или Но сейчас уже не так много героев, готовых отправиться за материалами в горы Мьянмы или в полупустыни Нила на годдругой. Это уже и немодно: «Я чисто по-обывательски питаю отвращение к грязи, дизентерии, смертоносным насекомым, мерзкой пище и примитивным санитарным условиям, характерным для живущих в мазанках “родовых” обществ». Это пишет Кейт Фокс, дочь Р. Фокса, написавшего «Родство и брак»

в 1967 г., именно в тот период, когда, как утверждается в вопросе, кризис в антропологии родства уже существовал. Возможно, лучше назвать это кризисом метода в изучении систем родства, и мы не считаем, что он объясняется исключительно падением интереса ученых. Последние работы по системам родства в Индии, важнейшими из которых стоит признать работы Р. Паркина «Системы родства народов мунда» (1992) и Т. Траутмана «Дравидийские системы родства» (1981), написаны и опубликованы относительно недавно. Эти работы рассматривают терминологии родства среди практически всех «малых народов» Индии. Исследователям остаются племена Раджастана, Непала и Норд-Иста (группы штатов на северовостоке страны, населенных в основном тибето-бирманскими Два этих труда объединяет одно общее свойство — они написаны по материалам других исследователей. Профессора антропологии старейших английских университетов Траутман и Паркин собрали все то, что, с их точки зрения, достойно доверия и внимания, обобщили огромный материал различных времен, применив свои методы и сделав свои выводы, не всегда бесспорные. Это указывает не столько на кризис изучения родства (во всяком случае, не на индийском материале), сколько на проблему сбора информации, поскольку старый метод Для того чтобы находить интерес в дальнейшем поиске, нужно расширять само поле. Нужна более «включенная» полевая работа. Сейчас антрополог, пусть даже и хорошо всем знакомый, бродит по деревне (или деревням) и донимает всех жителей Исследования феномена родства подготовительная работа, включающая предварительные посещения этнической группы и установление дружеских отношений.

Если общество патрилинейное, то антрополог в целях исследования может быть аффилиирован с главой семьи (расширенной или нуклеарной) как подчиненный старшему мужчине — найти их и подготовить (и не потерять в дальнейшем) представляется задачей трудной и ответственной. И пока она не будет решаться на уровне образования и подготовки, мы (в глобальном мире) будем иметь либо «кризис антропологии родства», либо единичные труды редких по своему интеллекту

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

Серьезных препятствий не существует. Если исследователь заинтересован в понимании структуры того или иного «простого» общества, ему придется понять систему семей, линиджей, кланов и т.п. Придется разобраться, кто приходит на похороны и свадьбы, а кто на праздники и фестивали. Для умения различать эту сеть отношений нужно и время, и навык; можно Так, чтобы понять, кто с кем идет ловить быка, который принадлежит кому-то третьему, нужно учитывать не только правила отношения рабочей силы, но и правила отношений родства1.

Почему состав рабочей группы именно такой? Все мало-мальски образованные специалисты знают, что труд в «простых»

обществах не является товаром и его нельзя купить, но лишь обменять на другой труд и иногда получить с помощью дара.

Категории обменов понять не всегда просто, но есть определенные модели, например хрестоматийная кула, когда по линии ритуальных даров устанавливается и торговый, и брачный обмен. Разумеется, не все системы так ясно поняты и столь Здесь стоит отметить важность экономического поведения.

Мы привыкли искать объяснение того или иного феномена в сочетании биологии и культуры (Natural vs. Cultural). Но насколько тип жизнеобеспечения регулирует и то и другое? Действительно ли значительное большинство деловых отношений регулируются социальными связями, как полагал К. Поланьи, или, как у Дж. Стюарда, «структурное ядро» рабочих отношений определяет «базис и надстройку»? И, например, в каких случаях и насколько часто природные данные способствуют объединению в группу некоторых людей, более подходящих именно для этой работы? Такие вопросы могут быть разрешены лишь при изучении традиции (включая правила родственного поведения), экономики и психологии, а данные для такого анализа могут быть получены только в ходе углубленной полевой работы, когда антрополог не просто «включенный наблюдатель», но скорее «включенный деятель».

Я и не подозревал, что есть разногласия, но скорее этому рад, 3 поскольку существует масса тем для споров. И действительно, если антропологи начинают исследовать предмет лингвистики, то предпочитают космически глобальный формат, определяя праязыки и макросемьи. Но это, насколько мне известно, делается не всегда профессионально и не может не вызывать протеста у специалистов, владеющих принципиально другими Вспомним Фортеса: «Отец и сын не потому отец и сын, что работают вместе, а работают вместе оттого, что они отец и сын».

Исследования феномена родства глубок и прост при большом объеме материала, а ясность языка оставляет лишь право на гордость или зависть. Неудивительно, что лингвисты возмущены вторжением в их область закон, во всяком случае в них всегда есть смысл, который можно понять и сформулировать. Но алгебра не кажется здесь основным помощником.

Скорее математика (включая и всевозможные «геометрии», понимаемые как умения строить трехмерные и более схемы) нужна для статистики и фиксации определенного порядка знаков, трехмерном поле, состоящем из научной картины мира, эмпирических данных (или приборных ситуаций) и личности исследователя (или коллектива). Математика в антропологии лишь фиксирует собранные данные, а их сбор и анализ осуществляется другими методами. Стоит вернуться к методу полевых исследований и «включенности» исследователя в ситуацию1.

Возможно, в обозримом будущем антропология родства отбросит «культурность» старых научных анализа этнографа. Родство и брак суть регуляторы секса, и обязательно появятся исследователи

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

Повторять вновь все то, что уже было сказано выше, значило 5 бы проявить недостаточное уважение к вниманию читателя, но некоторый общий посыл хотелось бы подчеркнуть. Так, на скромный взгляд автора, нужно тратить больше времени и средств на подготовку специалиста для работы в поле и учить его больше отрываться и от себя, и от догм своей культуры.

Возможно, это и не значит, что нужно проводить больше полевых работ. Но важно оценивать дипломную работу студента с точки зрения качества его полевой работы — и этот подход должен быть студенту известен. К полевой работе его должны готовить все время его учебы, как готовят к инициации. Полевая работа абсолютно необходима как источник новых данных:

все собранные ранее материалы уже усвоены и проанализированы. Нужно искать, но что именно? В ответе на этот вопрос может помочь лишь знакомство с уже опубликованными работами. Текстов на тему родства и брака создано много, понять их не всегда легко, но общие направления, такие как труды Л.Г. Моргана и А. Кребера, Л. Дюмона и Т. Траутмана, К. Леви-Строса и А. Рэдклифф-Брауна, должны быть студентам хорошо известны1.

являются отдельным предметом, студентов к нему никак не готовят. Поэтому интереса к проблеме нет — кажется, что нет и проблемы, она ведь никак не задана. Но на карте систем родства по-прежнему много белых пятен. Мы, например, мало знаем о принципе выбора невесты (или жениха), во всяком случае серьезный анализ этого вопроса мне не известен, о сексуальных отношениях, об изменах и их причинах. Просмотрите статью еще раз — вы найдете много подобных вопросов.

И ответ на них невозможен без материалов, собранных антропологами в процессе полевой работы.

(вероятно, сначала западные), имеющие супругов (как В.  Элвин) или сексуальных партнеров из изучаемых этнических групп. Их «включенность» в жизнь народа будет столь глубока, что поможет понять изнутри и законы брака, и сопутствующие отношения, в том числе и родственные. Вероятно, этот метод даст скорейший результат, чем анализ интегралом или что там есть в алгебре.

Хорошо, что переведен Дж.П.  Мердок, но язык перевода трудно понимаем. Это абсолютно субъективное мнение автора, но, вероятно, о таких сложных вещах нужно стараться писать более просто.

Исследования феномена родства

БОРИС КАЗАЧЕНКО

присутствия на столь представительном гуманитарном форуме. Являясь по узкой специализации всего лишь популяционным областях популяционной генетики человека, генетической демографии и исторической генетики, я по роду своей деятельности постоянно имею дело с огромными массивами генеалогической информации, «нашпигованной» различными типами родственных связей на различных уровнях Научно-исследовательский институт и Музей антропологии университета им. М.В. Ломоносова boris-k@list.ru

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

дозволенности, полагаю, что они далеки от вынашивания планов раскола антропологического сообщества.

Во-вторых, искренне верю в то, что организаторы данной дискуссии не ставят перед собой задач по сведению личных счетов со своими оппонентами, причинении ее участникам каких-либо неудобств или страданий, как нравственных, так и физических.

В-третьих, считаю, что результаты дискуссии в данном ракурсе вполне предсказуемы, поскольку на обсуждение вынесены специфические вопросы, интересующие лишь представителей узкой области академической науки, тогда как участие специалистов других сопредельных с этнографией и лингвистикой областей знаний (популяционистов, генеалогов, историков, генетиков, нотариусов, священнослужителей, медицинских генетиков, эпидемиологов и пр.) практически не предусмотрено. А ведь именно для этой категории специалистов родство зачастую не является предметом академических баталий. Они просто живут в нем (и / или сосуществуют с ним), соприкасаясь с его многообразием, ежедневно проводя счисления степеней родства, от которого порой зависит дальнейшая судьба человека, его генетически детерминированное здоровье, профпригодность и факторы риска, благосостояние, положение Наконец, в-четвертых, хочется сказать пару слов относительно используемой здесь терминологии и понятийного аппарата.

Честно говоря, словосочетание «антропология родства» мне, проработавшему в НИИ и Музее антропологии МГУ более сорока лет, режет ухо. Следуя логике наречения того или иного научного направления, можно ожидать, например, появления зоологии родства, ботаники или цитологии родства, алгебры, тригонометрии и бог знает какого еще родства. Возможно, что это словосочетание следует воспринимать как товарный знак научного коллектива, занимающегося изучением частных и чрезвычайно узкоспециализированных проблем родства. Но по сути это лабораторный сленг (или, извините, академический жаргон), прорвавшийся по недоразумению на страницы Дорогие мои, вот такая громоздкая получилась «печь», однако теперь она легко ассоциируется с русской, от которой ноги Теперь по существу обсуждаемых вопросов.

Во второй половине ХХ в. мы были искренне убеждены в своей 1 идейной и научной правоте. В принципе мы мыслили почти все единообразно. Специфическим было представление Исследования феномена родства и о родстве: о нем не принято было вспоминать, за исключением ассоциативной системы родственных отношений, навязанной нам партией и советским правительством. Например, И.В. Сталин — с отцом всех народов, русский считался старшим братом в семье советских народов, все национальные герои были дочерями и сынами своего народа, все подрастающие вдали от страны Советов, в бывших колониях европейских государств. Как бы там ни было, но ко второй половине ХХ в. мы окончательно оторвались от насущных проблем отечественного родства, фактически потеряв его и предав забвению.

Появление в начале третьего тысячелетия литературы о родстве, написанной в свободной неакадемической манере, воспринимается как трагедия, катастрофа, кризис «в антропологии родства». Быть может, причина в том, что обнародование «новых» знаний о давно забытых (или замалчиваемых долгие годы) проблемах отечественного родства застали «колониального» родства, врасплох? Если это так, то это действительно трагедия для петербургской антропологической На самом же деле никакого кризиса «в антропологии родства» не существует. Ничего страшного не произошло. Просто нас понуждают критически посмотреть на привычные о различных аспектах так называемого «прикладного» и «отечественного» родства при этом несколько расширяются родства и даже не столько в проблематике «антропологии родства», сколько в нашем отношении к тем или иным аспектам родственности (если можно так сказать). Традиционное представление о родстве и его феномене как об исключительно

А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ

Основным препятствием на пути познания феномена родства 2 является быстротечность жизни исследователя и / или недостаточное количество времени, отводимого на изучение того или иного аспекта родственности (конкретных отношений родства) в разных популяциях или этнических группах. Все остальные проблемы (включая и финансирование проектов) носят методический (или методологический) характер и решаются в рабочем порядке.

Причины разногласий между лингвистами и социальными антропологами мне не ведомы, поскольку ни к одной из перечисленных групп специалистов, извините, себя не причисляю.

Однако если бы всем нам, работающим в одном общем пространстве с различными аспектами его величества РОДСТВА, удалось бы здесь, в «Антропологическом форуме», найти общий язык и объединиться под одним знаменем, то вполне допускаю, что такое синтетическое направление в науке вполне могло бы получить именование этнического родства. В таком случае условные границы между нашими дисциплинами стали бы во многом абсолютно прозрачными и готовыми к взаимовыгодному взаимопроникновению. Польза от такого симбиоза вполне очевидна. Полагаю, что в таком контексте третий дискуссионный вопрос можно было бы считать оправданным.



Pages:     || 2 | 3 |


Похожие работы:

«Авторский материал: Радикальная экономия. http://www.bestreferat.ru/referat-95124.html Банк рефератов содержит более 90 тысяч рефератов, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам: истории, психологии, экономике, менеджменту, философии, праву, экологии. А также изложения, сочинения по литературе, отчеты по практике, топики по английскому. Поиск Меню Главная Рефераты Форум Найти Благодарности Jokes in English Всего работ: Женский журнал Разделы Рекомендуем Авиация...»

«Приложение № 1 к постановлению Губернатора области от 25.09.2013 № 1074 КОНЦЕПЦИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ, ОРИЕНТИРОВАННОЙ НА ПОВЫШЕНИЕ КОНКУРЕНТНЫХ ПРЕИМУЩЕСТВ ПРОИЗВОДИМЫХ ТОВАРОВ, РАБОТ И УСЛУГ г. Владимир, 2013 г. СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ 3 Раздел I ОЦЕНКА ВОСТРЕБОВАННОСТИ ТОВАРОВ И УСЛУГ, ПРОИЗВОДИМЫХ НА ТЕРРИТОРИИ ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ 5 Раздел II ХАРАКТЕРИСТИКА ОСНОВНЫХ ПРОБЛЕМ И СДЕРЖИВАЮЩИХ ФАКТОРОВ РАЗВИТИЯ КОНКУРЕНТНЫХ ПРЕИМУЩЕСТВ ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ Раздел III...»

«Главные новости дня 15 января 2014 Мониторинг СМИ | 15 января 2014 года Содержание СОДЕРЖАНИЕ ЭКСПОЦЕНТР 14.01.2014 Elec.ru. Новости Выставка Новая электроника – 2014 Место проведения: Россия, г. Москва, ЦВК Экспоцентр 14.01.2014 Elec.ru. Новости Выставка Новая электроника-2014 пройдет с 25 по 27 марта 2014 года в Москве в ЦВК Экспоцентр Выставка Новая электроника-2014 пройдет с 25 по 27 марта 2014 года в Москве в ЦВК Экспоцентр 14.01.2014 Еxpolife.ru. Новости выставок С 25 по 28 февраля в...»

«Сотрудничество с Северным Советом Совет Северных стран образован в 1952 году как форум для межпарламентского сотрудничества Северных стран. Идея северного сотрудничества возникла сразу после Второй мировой войны, когда в 1946 году министры юстиции северных стран обсудили его будущее очертание. Первое заседание Северного Совета, который первоначально объединял Данию, Исландию, Норвегию и Швецию, состоялось в 1953 году в Копенгагене. В 1956 году в Совет Северных стран вступила Финляндия. С 1970...»

«УДК 082.2:061.3 ББК (я)94 Ф 80 Ф 80 Форум молодых учёных. Тезисы докладов. Том 1. – Нижний Новгород: Изд–во ННГУ им. Н.И. Лобачевского, 2013. – 317 с. Том 1 настоящего сборника включает в себя тезисы докладов Форума молодых учёных ННГУ, представленных молодыми преподавателями, научными сотрудниками, аспирантами и студентами ННГУ в рамках исследований по направлениям Физика, радиофизика, науки о материалах, Химия, новые материалы и технологии, Биология, биофизика и биомедицина, Математика,...»

«467 ПУ Б Л И К А Ц И И Мария Янес Фаня Давыдовна Люшкевич В 2007 г. исполнилось 80 лет со дня рождения Фани Давыдовны Люшкевич — этнографа, ираниста, исследователя Средней Азии и, в частности, Бухарского оазиса. Фаня Давыдовна родилась в Ленинграде 5 декабря 1927 г. в семье бухгалтера и учительницы. Всю войну семья провела в блокадном городе. Девочка продолжала учиться в школе и оказывала посильную помощь фронту. 30 января 1944 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР Ф.Д. Люшкевич (тогда...»

«СПЕЦИАЛИЗИРОВАННАЯ ВЫСТАВКА И НАУЧНЫЙ ФОРУМ РАДИОЛОГИЯ 2005 РОССИЙСКИЙ НАУЧНЫЙ ФОРУМ РАДИОЛОГИЯ 2005 31 мая - 3 июня МОСКВА Центр международной торговли ОРГАНИЗАТОРЫ ЗАО МЕДИ Экспо СОВМЕСТНО С Министерством здравоохранения и социального развития России Российской академией медицинских наук Российским научным центром рентгенрадиологии Росздрава Российской ассоциацией рентгенрадиологов Российской ассоциацией СПЕЦИАЛИЗИРОВАННАЯ ВЫСТАВКА специалистов УЗ диагностики в медицине И НАУЧНЫЙ ФОРУМ...»

«ВЕСТНИК РОИИ Информационное издание Межрегиональной общественной организации содействия научно-исследовательской и преподавательской деятельности Общество интеллектуальной истории № 29, 2014 Электронную версию всех номеров Вестника РОИИ можно найти на сайте РОИИ по адресу: http://roii.ru Поздравляем! Могильницкого Бориса Георгиевича (Томское отделение РОИИ) С 80-летием! Дорогой Борис Георгиевич! Мы высоко ценим Вас – замечательного ученого, внесшего серьезный вклад в научные исследования. Ваши...»

«Электронная версия книги подготовлена для библиотеки учебников 1bitt.ru Г. И. Козырев ОСНОВЫ социологии и политологии Допущено Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов учреждений среднего профессионального образования Москва ИД ФОРУМ - ИНФРА-М 2007 УДК 316(075.32) ББК 60.5я723 К59 Рецензенты: доктор политических наук, профессор кафедры истории политических учений философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова А. А. Ширинянц; зав. кафедрой социологии...»

«РАДИОЛОГИЯ 2005 МАТЕРИАЛЫ ВСЕРОССИЙСКОГО НАУЧНОГО ФОРУМА РАДИОЛОГИЯ 2005 МОСКВА Центр международной торговли 31 мая - 3 июня Москва 2005 1 МАТЕРИАЛЫ ВСЕРОССИЙСКОГО НАУЧНОГО ФОРУМА РАДИОЛОГИЯ 2005 М., 2005 - 596 с. Министерство здравоохранения и социального развития РФ Российская академия медицинских наук Российский научный центр рентгенрадиологии Росздрава Российская ассоциация рентгенрадиологов Российская ассоциация специалистов УЗ диагностики в медицине ЗАО МЕДИ Экспо 5- 94943-023-9 ©МЕДИ...»

«№ № 104–106 28 МАРТА – 3 АПРЕЛЯ 2014 Педагоги вышли на ярмарку В Таганроге прошла первая областная ярмарка социальноcтр. 12 педагогических инноваций. www.taganrogprav.ru 16+ ЕЖЕНЕДЕЛЬНЫЙ ВЫПУСК ВЫХОДНОГО ДНЯ КиноМай наступил в марте ПРЯМАЯ РЕЧЬ В эти дни в нашем городе проходит кинофорум Магия кино, организованный Виктория КАРАТАЕВА, фото автора Г благотворительным фондом Детский КиноМай при поддержке правительстостями форума стали пова Ростовской области и администрации Таганрога. пулярные...»

«ФНС - это супер структура, в сравнении с которой ФСБ, ЦРУ или Моссад - филиалы народного ополчения г. Кологрив (с) Дмитрий Путилин ВЫЕЗДНЫЕ НАЛОГОВЫЕ ПРОВЕРКИ, в преддверии отказа ФНС от них. стр. 2 из 78 Оглавление ОГЛАВЛЕНИЕ 2 ОТ АВТОРА - 3 ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. КОГДА ЖДАТЬ НАЛОГОВУЮ ПРОВЕРКУ? ИЛИ КОГДА ОНИ ПРИДУТ ЗА ТОБОЙ? Глава 1. Часть 1. Плановые и...»

«7 ФОРУМ В форуме Научное знание в условиях Интернета Научное знание в условиях Интернета приняли участие: Андрей Николаевич Алексеев (Санкт-Петербург) Игорь Александрович Алимов (Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН, Санкт-Петербург) Мария Вячеславовна Ахметова (Журнал Живая старина, Москва) Юрий Евгеньевич Березкин (Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН, Санкт-Петербург / Европейский университет в Санкт-Петербурге) Майкл Буравой...»

«Главные новости дня 29 ноября 2013 Мониторинг СМИ | 29 ноября 2013 года Содержание ЭКСПОЦЕНТР 29.11.2013 Вечерняя Москва (утренний выпуск) Бронзовый царь и золотая люстра.7  Краснопресненская наб., 14 ЦВК Экспоцентр 29.11.2013 Вотпуск. ру. Новости портала MITT 2014 – отработай по полной! Среди субботних посетителей также может быть много потенциальных корпоративных клиентов, - считает Наталья Андронова, генеральный директор Атлантис Лайн. Напомним, что 21 Международная выставка MITT /...»

«Организаторы: МЕДИ Экспо Совместно с: Российской академией медицинских наук, Рос сийской ассоциацией по спортивной медицине и реабилитации больных и инвалидов, Российским государственным медицинским университетом Официальная поддержка: Торгово промышленная палата России Профессиональная поддержка: Министерство здравоохранения РФ, Департамен т здравоохранения Правительства Москвы, Мини стерство здравоохранения Московской области При содействии Российский Центра международной торговли научный...»

«№7 312 А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ Галина Комарова Женский портрет в научном интерьере Идея интервьюирования женщин-антропологов из разных стран (США, Канада, Франция, Япония, Великобритания, Голландия, Германия) возникла у меня весной 2006 г. во время пребывания в Вашингтоне. Там (в Вудроу Вилсон Центре) мне довелось в течение полугода общаться с представительницами самых различных научных сообществ, школ, направлений, взглядов, объединенных при этом общими профессиональными...»

«Секция 1. Охрана водных ресурсов и оценка их состояния. Регулирование воздействий на водные ресурсы Материалы IV МЕЖДУНАРОДНОГО ВОДНОГО ФОРУМА ВНЕДРЕНИЕ КОМПЛЕКСНЫХ ПРИРОДООХРАННЫХ РАЗРЕШЕНИЙ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ Волчуга Г. В., Завьялов С. В., Ивашечкина Л. С., Комоско И. В., Корякина Е. А., Кузьменков С. К., Михалап Г. И. Министерство природных ресурсов и охраны окружающей среды Республики Беларусь Дубенок С. А. РУП Центральный НИИ комплексного использования водных ресурсов Зубрицкий В. С.,...»

«Владимир Орлов Президент ПИР-Центра1 Терроризм как современная угроза глобальной безопасности: выводы для России и Индии и области для сотрудничества Доклад на V Дискуссионном форуме Россия и Индия: партнерство в глобальном формате 2 Москва 12 сентября 2011 г. Международное сообщество вступило в XXI век в сопровождении новых, нетрадиционных угроз глобальной безопасности. Не успев освободиться от страхов, которые в XX веке были вызваны гонкой вооружений и угрозой мировой войны с масштабным...»

«№ 14 ONLINE 284 А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ Александр Желтов Африканистика, гуманитарные науки и научная парадигма Н.М. Гиренко В африканистике (особенно ленинградской-петербургской) достаточно широко используется термин школа. Однако представляется, что часто этот термин неточно передает суть отношений между старшими и младшими коллегами. Термин школа предполагает не только некоторую общность предмета исследования и методологии, но и определенное институциональное поддержание этой...»

«РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ СВЕРДЛОВСКАЯ ОБЛАСТЬ ДУМА ТАЛИЦКОГО ГОРОДСКОГО ОКРУГА Пятый созыв РЕШЕНИЕ от 30 марта 2012 года № 10 г. Талица О внесении изменений в Решение Думы Талицкого городского округа от 30 марта 2012 года № 9 О бюджете Талицкого городского округа на 2012 год Рассмотрев проект Решения Думы Талицкого городского округа О внесении изменений в Решение Думы Талицкого городского округа от 30 марта 2012 года № 9 О бюджете Талицкого городского округа на 2012 год, депутаты отмечают, что...»








 
2014 www.av.disus.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.